Приручитель женщин-монстров. Том 9

Восточные монголы тоже грабят, китайцев. Но для этого, как правило, приходится проходить через ядовитые земли, а потом перебираться через горы… Это тяжело, и много кто умирает в процессе, а добыча далеко не всегда окупает эти самые потери. Всё же север Китая довольно нищий.

Впрочем, а куда деваться? Только у одного Данжуура было девять сыновей. Про дочерей и говорить не было смысла. Он уже продавать их начал, так как прокормить столько ртов становится весьма тяжело. А выдать замуж весьма затруднительно.

Ввиду высокой смертности мужчин, женщин в разы больше…

Так что лишние сыновья идут в набег, а лишние дочери продаются. В основном, в города. Там нужны рабочие руки. Но если девушка красивая, то их продают перекупщикам. А те уже развозят их по всему миру.

Правда, красивую дочь куда проще выдать замуж чем некрасивую… Так что, если не было сильной нужды в средствах, красивых дочерей старались всё же не продавать.

— Какой хороший день, — Данжуур лежал под большим и старым тополем.

Под ним была постелена большая шкура, в руках бурдюк с кумысом. Но в Монголии он называется Айраг.

Рядом слышалось блеяние множества сытых и жирненьких овец. Они паслись у оазиса, уминая траву и кусты. В отличие от овец других пастухов, овцы Данжуура были здоровые, крупные и давали много шерсти, а также мяса. А всё благодаря этому оазису.

Обычно пастухи постоянно в движении. Травы в степях мало, и она быстро съедается подчистую. Отара овец — это словно лесной пожар, он движется вперёд, уничтожая всё на своём пути, оставляя лишь пустынную землю.

А здесь, в оазисе, травы много, и она быстро восстанавливается.

Ну и хищники. В пустыне и степях полно хищников и чудовищ, а здесь основные твари уже были убиты пастухом и сыновьями. Нужно лишь регулярно подстреливать шальных тварей, пришедших издалека. Ну и мелочь всякую местную.

— Сдам шерсть, забью пару овец и, может, рабыню куплю себе… русскую, — мужчина похотливо заулыбался. — Слышал, они сисястые…

— Отец… Может, лошадь купишь? Или оружие получше? — взмолился сын, подходя к отцу.

Это был среднего роста парень. Для восточного монгола весьма высок, аж метр шестьдесят. Левого глаза, правда, нет.

Глаз вырезали из-за того, что его укусила пустынная муха. Она в вместе со слюной в глаз занесла свои личинки. Они начнут расти, есть глаз, а потом переберутся в мозг. Поэтому глаз пришлось удалить, дабы спасти парню жизнь.

Жизнь кочевника тяжела и сурова.