Адвокат империи

Тех, кто каким-то невероятным образом смог получить такое дозволение. О том, как живут альфы, тоже мало что известно. Вот такие вот пироги.

А, нет. Всё же есть кое-что. Артефакты.

Альфы продолжали изготавливать их и продавать людям. И обычным, созданным человеческими руками подделкам до их творений было, как до Китая раком. Взять хотя бы то, что созданные людьми магические предметы имели свой лимит использований. То есть использовать их можно было ограниченное количество раз. А вот артефакты, созданные руками альфов, могли использоваться практически неограниченное количество раз.

Да и по своим возможностям, как правило, человеческие они превосходили кратно.

Такая вот история. И сейчас прямо предо мной лежали творения этих ребят.

Глянув на часы, понял, что Лазарева нет уже минут десять. Где он там застрял? В голове возникла глупая мысль позвонить ему и поторопить, но я тут же выкинул её из головы. Не тот у меня калибр, чтобы торопить такого человека. Пока что.

Пытаясь убить время, я пошёл по залу в обход, рассматривая витрины и лежащие в них предметы.

И чем дальше, тем более любопытными они были. У некоторых даже описание отсутствовало. Вот, скажите мне, пожалуйста, что может делать лежащий на черной бархатной подушке рыцарский шлем? Или пара кожаных ошейников, украшенных рубинами? Нет, серьёзно! И как это покупать-то без малейшего объяснения? Хотя, наверное, на аукционе покупателям расскажут.

Тут я почувствовал что-то странное. Будто зацепился за чужие эмоции. Огляделся, но людей в пределах видимости не было.

Зал был пуст. Ну, не совсем, конечно. У выхода и по краям стояли несколько охранников, но их я в расчет не брал. Стояли и наблюдали за обстановкой, будто сторожевые псы.

А я чувствовал иное. Сложно описать словами. Будто ощущаешь одновременно веселье ребёнка и грусть умудрённого жизнью старика. При этом совсем близко. Заинтригованный, я пошёл мимо витрин, пытаясь локализовать, откуда именно шли эмоции, пока не остановился прямо перед одной из них.

Внутри, скрытый за прозрачным толстым стеклом, на подставке из серебристого металла стоял вытянутый кристалл тёмно-фиолетового оттенка.

Сантиметров тридцать длиной, он покоился на подставке. При этом одна из его сторон имела абсолютно плоский вид и лишена выделяющихся граней. Да и выглядела так, словно кто-то разрубил изначально целый камень на две половины.

Подойдя ближе, я поискал глазами какую-нибудь табличку или карточку с описанием, но так ничего и не нашёл.