Черный маг императора

— Как это «посмотрим»?

— В том смысле, что нельзя мне еще одному из школы выходить, понятно? Только в сопровождении старшеклассника. Если он не согласится, то прямо завтра выполнить твою просьбу не смогу, придется тебе потерпеть.

— Ну так что уже теперь... Столько лет терплю... Если такое дело... — сказал призрак. — Ты уж только постарайся его уговорить, а я следом за тобой ходить буду.

— Зачем это?

— Если увижу, что не старался — каждую ночь тебе эти лекции читать буду, — пропищал он. — Я в вашей школе только на этот предмет хожу, очень он мне нравится.

— Оно и понятно, если наизусть выучил. Как он называется хоть, этот предмет? — спросил я, чтобы никогда на него ходить.

— История возникновения магии называется! — гордо сообщил мне Петька-Свисток, одним своим видом показывая, что даже это скучное название ему очень нравится. — Его все школьники обязательно учить должны!

Ах ты же, блин — две хреновые новости за одну ночь! Ну не гад этот Петька? Прав был Дориан, с этими призраками поведешься — точно ничего хорошего не жди.

* * *

— Вчера поздно вечером Собакин приходил, — сказал я Нарышкину, когда мы с ним заканчивали свой воскресный завтрак.

— Ну и как у него успехи? — оживился Лешка. — Продал он твой кристалл?

— Угу. Целую пачку денег принес — пять двести.

— Вот видишь, как хорошо, — сказал он и хлопнул меня по плечу. — Я же тебе говорил, что ему можно доверять, а ты сомневался.

— Почему сомневался? Просто беспокоился немного...

— Понятно, — хмыкнул Нарышкин. — А чего тогда злой такой? И помятый весь, как будто всю ночь не спал.

— Да нет, тут другое... Слушай, Леша, нам бы поговорить с тобой по-серьезному, — сказал я и посмотрел на Петьку-Свистка, который прогуливался между столов.

— Говори, я тебя слушаю, — он посмотрел на меня и откусил кусок яблочного пирога.

Я покрутил головой по сторонам — сегодня столовая была полупустая, многие остались в Белозерске на выходные. Так что можно было и здесь поговорить, но хотелось на свежем воздухе.

— Давай лучше в парк пойдем. Дело очень секретное.

— Пугаешь ты меня, Темников, — сразу насторожился Нарышкин. — Ни дня спокойно прожить не можешь.

Больше мы с ним не разговаривали до самого окончания завтрака. Лешка молча ел свой пирог и, наверное, гадал, что такого я ему рассказать хочу, а я просто ждал пока он доест — аппетита что-то совсем не было.

Наконец он доел, мы с ним вышли на улицу, нашли подходящую лавочку под солнцем и начался непростой разговор.