Вармастер. Боярская стража

Воспоминания остались, вплоть до некоторых мелочей, таких как номер первой машины, но свое лицо, внешность – не помню совсем. А может и хорошо, что не помню – нет шока отторжения.

В общем, в этом плане начинаю с «чистого листа», внимательно всмотрелся я в свой новый облик. В отражении на меня глянул темноволосый худосочный подросток. Впавшие скулы, темные глаза в обрамлении усталых синяков, вид насупленный и хмурый, как у ворона. Не писаный красавец, хотя порода чувствуется. Но черты лица, конечно, отходят на второй план перед заметно выделяющимся шрамом.

Целительница залечила рану и шрам выглядел так, как будто порез нанесен несколько лет назад, но при этом под кожей шрам заметно «тлел», словно сокрытые тонким слоем пепла угли.

– Ну и рожа у тебя, Шарапов, – с интонациями Высоцкого из «Место встречи изменить нельзя» прошептал я, сразу же поморщившись от возникшего в щеке жжения.

Так, а… а как меня вообще зовут? Интересный вопрос. Ни старого имени не помню, ни нового не знаю. Пустота.

Наклонился к зеркалу вплотную, рассматривая шрам на левой щеке. Спрятанная в нем тонкая полоска живого пламени пульсировала в такт ударам сердца – если присмотреться внимательно, это заметно. Да, привлекательности огненный шрам не добавит, но сильнее уродуют шрамы те, что на чести. Хотя… Судя по поведению за пиршественным столом, таких шрамов любезно предоставивший мне свое тело юноша набрал немало.

И вот это может стать проблемой.

Вздохнув, отгоняя тяжелые мысли, сделал шаг назад и покрутился перед зеркалом.

Со стороны подобное может быть и выглядело глупо, но мне ведь теперь жить в этом теле, надо его хоть осмотреть в деталях.

Мое королевское высочество довольно высокий, выше среднего роста. Худоват, даже дрищеват – уж наедине с самим собой можно признать, но при этом выразительно жилистый. Снова присмотрелся к шраму. В нем можно найти и плюс, пусть и временный – скрывает откровенно детские черты лица. Сколько мне – пятнадцать, шестнадцать?

Ладно, сойдемся на том, что я сильный, но пока легкий.

Похоже барон Вартенберг, упустивший воспитание подопечного, тренировки пропускать ему все же не позволял. По наитию я приподнял ногу и постучал пяткой по полу. Звук раздался глухой, сочный. Мозоли на пятках – каменные. Ладони – опустил я взгляд, тоже в порядке. Руки пусть и ухоженные, но не белоручка – если не тяжелая работа, но хорошие физические нагрузки точно этому юному телу знакомы.

Все не так уж и плохо.