Вармастер. Боярская стража

За исключением того, что меня – теперь меня, мне дальше в этом теле жить, пытались отравить, а еще едва не отчекрыжил ухо нечеловечески красивой принцессе-вейле и размазал по стене трех резунов-граничар из австрийского фрайкора. Знакомое название – насколько помню, изначально это иррегулярные подразделения ополчения окологерманских наций и им сочувствующих. Но здесь, похоже, это «ополчение» на уровне вполне себе гвардейских частей. Если не по уважению, помня презрение офицеров и бояр, то по положению, потому как на высочайший прием были допущены.

Пусть я и удачно в этом мире припарковался, без неприятностей не обошлось. Другое дело, все могло быть гораздо хуже – вот появился бы здесь в теле пленницы, которой чуть ухо не отрезал, такие неурядицы показались бы мелочной ерундой.

Размышления об этом промелькнули быстро, задвинутые в сторону мыслями о принцессе-вейле, которую я сначала чуть не изуродовал, потом спас. Надеюсь, ее все же не прирезали в суматохе. Появление пленницы срежиссировано – уверен, что юное тело сознательно спровоцировали на показательную экзекуцию.

Другое дело, что этому помешали другие – те, кто мое высочество попытался отравить, поломав первым всю игру по дискредитации. В общем, принцессу-вейлу нужно спросить и допросить, это важно. Потому что вокруг меня, перефразируя классику постмодерна, закручивается крайне нездоровая канитель.

Пока я размышлял, продолжая смотреть на себя в зеркало, Маргарет проснулась. Не увидела меня на кровати, вскочила заполошно.

Выругалась на незнакомом языке (по интонации все понятно), но почти сразу нашла меня взглядом. Выдохнула облегченно, потом спросила что-то резко и быстро на все том же языке. Причем смотрела она на меня без особой теплоты, и как бы даже не с неприязнью.

– Не, не понимаю я.

Маргарет разразилась еще одной длинной фразой. В этот раз я в ее «йаккало пуккало» даже отдельных слов почти не выловил, она от волнения как итальянка зачастила.

Я снова только руками развел. Говорить было реально больно; причем, вот что странно – понял я одну неожиданную вещь.

Проверяя догадку, ожидая боли нажал языком на щеку изнутри, но не почувствовал вообще ничего. Шрам реагировал огненным жжением только тогда, когда я открывал рот, чтобы что-то сказать. Вот это неожиданный побочный эффект связи физического и эфирного тела.

«Хватит валять дурака!» – между тем заметно злясь, уже перешла на крик Маргарет. Фраза ее была длиннее, но смысл я прекрасно понял.