Как я строил магическую империю

К слову, она сидела на подоконнике и с любопытством следила за происходящим.

— Откуда вы знаете? — всплеснула руками Клава.

— Я серьёзно подхожу к делу и, разумеется, заранее подготовился и навёл справки, итак! — Я хлопнул в ладоши, показывая, что эту тему мы закрыли, после чего разложил на столе карту. — Сейчас мне нужна краткая информация о ваших отношениях с ближайшими аристократами и другими деревнями. А также о нахождении больших скоплений диких кристаллов. Ну и вообще про ваш быт, способ заработка.

Какую зону уже успели сталкернуть?

— Только разрешённые три километра! — тут же набычилась Клава, а я выразительно посмотрел на старосту.

— Клава, я спрошу тебя, когда будет надо! — понял меня Михаил Васильевич и сам приступил к ответам.

Надо заметить, говорил он строго по делу, и всё, что рассказывал, очень гармонично встраивалось в уже сложившуюся у меня в голове картину мира.

Нижегородская империя стремительно развивалась и примерно раз в год присоединяла к себе новый крупный город.

Сейчас шла активная зачистка Самары, потом придёт черед Уфы и дальше Саратова.

Воронеж был четвёртым на очереди, и поэтому в регионе начались лишь самые предварительные приготовления, и селились сюда только бедные или склонные к авантюрам аристократы.

Тут даже не было проведено профилактической разъяснительной работы с неассимилированным, то есть живущим по лесам населением. Впрочем, как ты её проведёшь, если эти самые леса заполнены монстрами, а само население, когда видит мужика в богатой одежде, прежде всего думает о том, сумеет ли оно безнаказанно эту одежду снять.

И, как правило, приходит к ответу «да».

Так вот. Когда поисковые радары сумели засечь нейтральный кристалл, деревня Савино даже не входила в границы Нижегородской империи. Недоразумение быстро решили, и сейчас это одна из самых южных пограничных точек.

Ближайшим крупным присоединённым городом был Липецк в ста километрах севернее, там и заканчивалась хорошая дорога. Потом приграничная крепость Усмань в сорока километрах.

Там заканчивалась сносная дорога, и проехать дальше можно было только на чём-то с гусеницами или очень большими колёсами.

Моими ближайшими крупными (по местным меркам) соседями были два графа. Семён Павлович Пантелеев и Борис Евгеньевич Синицын. До обоих было двадцать километров, и между ними примерно столько же. То есть наши владения образовывали равнобедренный треугольник с Савино в ближней к Воронежу вершине.