Эпоха Опустошителя. Том IV

От услышанного улыбка Кайсы стала только шире, ярко-изумрудные глаза озорно блеснули, а болезненная пульсация протеста внезапно исчезла.

– Ты играешь с огнём, мальчик, – снисходительно проговорила Нефрит. – Но не скрою, что мне по душе твои слова. Обожаю лживую лесть.

– Вы правы, юная госпожа, – кивнул утвердительно я. – Не по своей воле и совсем недавно у меня появилась привычка играть с огнём.

– Только по этой причине и из-за твоих успехов мы с тобой сейчас и разговариваем, – ухмыльнулась девушка, а затем между её пальчиков вдруг материализовались две регалии, и та медленно передала их мне.

– Я решила доставить лично, всё равно по дороге. Отныне носи это с гордостью. Теперь ты один из тех, кто достоин моего внимания.

Иллириумный жетон с жирной цифрой I и тёмно-алым драгоценным камнем посередине вопил о том, что с некоторых пор я стал эссенциалом и Мастиром Клинка пятого масштаба.

Вторая же регалия представляла из себя серебряный перстень с выгравированным посередине клинком и магическим потоком.

Это украшение вопило о том, что ныне я стал безупречным. Элита среди элит.

– Скажу лишь один раз и запомни эти слова навсегда, – раздался у самого уха ядовитый шепот Кайсы. – Ты принадлежишь мне. Отныне и навеки. Я, как и дядя Хаззак, тоже люблю всё качественное и ценное. Посмеешь переметнутся к этой коварной сучке Сиане и пожалеешь об этом.

Хитрая бестия! Да я лучше сдохну, чем стану твоей вещью.

Впрочем, такой жест голубокровной не укрылся от жен Дэймона и его отпрысков.

Занст и Аирд скрытно переглянулись между собой, а в их глазах вспыхнули зависть и раздражение.

– Тётя, как себя чувствует наставник?

Стоило задать подобный вопрос, как Знающая нахмурилась и выдавив из себя улыбку, кратко заключила.

– Он в целебной в коме, но продолжает бороться. Ранение, нанесенное архидемоном невозможно излечить ни одним доступным мне способом. Дэймон один из тех, кого Аббадон ненавидит больше остальных. Как-никак во время прошлой войны брат убил одного из сыновей это инфернальной твари.

Дрянь… Дрянь! ДРЯНЬ! Убью! ПРИКОНЧУ ПАДАЛЬ СВОИМИ СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ! Они ответят, как за наставника, так и за Иманию. Плевать мне, что Аббадон архидемон, я найду способ! Своими пальцами удавлю мразь! А начну с Анширы и того ублюдка.

В душе все негативные эмоции лишь обострились сильнее, но на лице не дрогнул ни единый мускул.

– Тётя Имания, именно поэтому я и прибыла сюда, – вклинилась в разговор Кайса. – Таков наказ отца.