Эпоха Опустошителя. Том IV

Кто бы знал, скольких сил ей стоило не броситься на шею к своему избраннику, но единственное, что ей удалось сделать это слегка приподнять голову, а затем дрожащий взор валькирии встретился с малость насмешливыми глазами мужчины.

– Здравствуй, Дурёха. Давно не виделись...

Уважаемые читатели, доброй ночи.

Представляю вам двенадцатую по силе валькирию – Ингрид из верховного клана Ванахейм.

Глава 8. Демонстрация и эскалация...

Подавление всего человеческого…

Странно это всё. Очень и очень странно.

Та женщина что тебе по душе стоит на расстоянии вытянутой руки, однако прикоснуться к ней ты попросту не можешь и этому не в силах помочь даже взаимные чувства, а всему виной моя собственная слабость.

От столь простого и в то же время мучительного понимания внутри вновь начали тлеть угли злобы, ярости и раздражения, но на лице в свою очередь не дрогнул ни единый мускул. На нём блуждала прежняя слабая кривая усмешка.

Хватило одного косого взгляда, чтобы удостовериться в догадке. Глаза, малость пальцы и неуловимо губы.

У Дурёхи сейчас дрожало всё. Возможно, и сердце тоже. Не знаю почему, но внутри от такого умозаключения разлилась необычайная нежность вперемешку с теплотой, которая приглушала злобу и ярость. Да, лишь нежность и теплота. Жаль, что не любовь. Хм… А любил ли я когда-нибудь и кого-нибудь? Очень сильно сомневаюсь.

– Что ты только что вякнул, мерзавец?! – разъярённо зашипела Христа, услышав прозвище Фьётры, а протест стал сигнализировать об опасности. – Ты посмел оскорбить мою сестру?! Ты назвал её дурой?!

Вот же холера! Надменная крылатая дрянь! Знала бы ты, что прямо сейчас моя ярость в десятки раз превышают твою.

К данному моменту колоссальное количество разношерстного внимания оказалось приковано к постаменту, на котором не считая Элейны, собралась знатная компания из слуг оберега и одного зарвавшегося глупца.

– Разве? – усомнился на миг я, даже не думая к ней поворачиваться и продолжая играть в гляделки со смертельно бледной и колеблющейся Фьётрой.

– Тебе просто послышалось.

– Неотёсанный варвар, ты хоть понимаешь, кого посмел оскорбить своим грязным ртом?! – продолжала напирать валькирия, угрожающе двигаясь в мою сторону. – Не зарывайся! Ты всего-навсего…

Неотёсанный варвар? Занятно. Надо будет запомнить. Так меня еще не называли.

– Всем прекрасно известно, что ты ничего мне не сделаешь! Хочешь убить? Так убивай! Только не мели языком попусту! – холодно отрезал я, по-прежнему стоя к Христе спиной.