Эпоха Опустошителя. Том IV

Пару мгновений с отсутствующим видом наблюдал за храпящей тварью, а затем занеся спату над головой неспешно опустил её вниз.

Эскапада Истребления…

Всё же нужно отдать должное инстинктам чудовища. В момент образования навыка с меня слетела Сущность Истребления и в этот миг монстр ощутил враждебное присутствие. Налитые яростью глаза распахнулись с молниеносной скоростью, изо рта вырвался свирепый рёв, тот умудрился дёрнуться в сторону, но все потуги оказались попросту неважными.

Руна распылилась на миллион осколков и превратила массивную голову гренделя в смердящую груду плоти и раздробленных костей черепа.

Только и оставалось, что вырезать пульсирующее ядро тёмно-коричневого цвета и неспешно забросить в пространственный перстень.

– Думаю, нам тут больше делать нечего, – спокойно декларировал я, оглядываясь по сторонам в поисках чего-нибудь ценного. – Мы и так сколотили небольшое состояние на ядрах. Необходимо выбираться за пределы сраного леса и отправляться на поиски более желанной добычи.

«Главное держи себя в руках.

Из-за жажды крови и беспрерывного использования неистовства тебе становится тяжелее его контролировать, – подметила встревожено Альяна. – Выплеск не за горами?»

– Ты права. Боюсь, дальше будет только хуже, – поморщился болезненно я, невольно касаясь груди, потому как сердцебиение за последние сутки увеличилось минимум в полтора раза, а это твердило о подступающем приступе. – До припадка осталось не так долго, подавление практически не помогает. По внутренним ощущениям еще день, может быть два.

Может больше, может меньше. Точно не знаю. Так что образовавшуюся волну эмоциональной дряни лучше направить на кого-нибудь поувесистей, нежели чем на это, – и указал глазами на тушу монстра. – Да и чувствую будущий припадок не сулит ничего хорошего. Он будет сильнее прочих в несколько раз, – добавил угрюмо я, косо посматривая на подрагивающие пальцы. – После обретения подавления у меня впервые получилось продержаться столь долго без приступов. Не верится даже в такое чудо.

«Я постараюсь как-нибудь помочь, – взволновано прошептала Руна. – Обещаю».

– Тут ты вряд ли поможешь, – усмехнулся горько я. – Ты в курсе, что в такие моменты я становлюсь чересчур раздражительным и вспыльчивым.

«Тогда поторопись, – вдруг предложила она. – Направь свою ярость в нужное русло».

– Этим-то и хотел заняться, малышка, – сухо изрёк я, возводя лицо к верху и вглядываясь в кроны исполинских деревьев, среди которые едва проглядывались кусочки вечернего неба.