Как я строил магическую империю 3

По крайней мере, так точно и столько раз подряд. Вернее можно, но для это тут должны собраться пять лучших магов империи.

— То есть это сделали из лагеря? — растерянно пробормотал граф.

— Конечно. Из лагеря и кто-то очень сильный, кто там спокойно, не вызывая вопросов, перемещается. Вы вообще давно знаете Владимира Степановича? Какие у вас с ним отношения? — Капитан достал бланк. — И вот это уже вопросы для протокола. И да, пока мы будем разговаривать, моим людям нужно обыскать дом, особенно те места, где часто бывал ваш подчинённый.

Надеюсь, вы не будете возражать?

***

Довольно быстро мне стало скучно следить за тем, что происходит в усадьбе, и я ещё раз осмотрел её окрестности.

Мда. Гадёныш подготовился хорошо. Куча оружия, включая ящики с гранатами и крупнокалиберные пулемёты. А в его гараже, кроме броневиков, стояли ещё и три огромные похожие на смесь танка и бульдозера машины, предназначенные для того, чтобы проламывать даже укреплённые стены.

О! А это что?

Я увидел суетящихся людей и быстро подлетел к ним.

А! А вот и ещё один весомый аргументик в будущих переговорах. Запрещённые гранатомёты в количестве трёх штук. И люди Воронцова в преддверии обыска их тщательно прячут. Прекрасно!

— Дмитрий Николаевич! — В стекло машины постучали. — Не спите?

Я открыл глаза и увидел Костю.

— Просто отдыхал, — сказал я, вылезая на улицу. — Что-то случилось?

— Просто хотел сказать, что мы уезжаем, — сообщил майор. — Полиция уже вызвала подкрепление. Так что они здесь на всю ночь, а у нас свои дела.

— Хорошо. — Я протянул руку. — Спасибо за поддержку!

— Да чего там, мудаки должны отвечать за свои дела, пусть даже они их не успели совершить. — Он крепко пожал мне ладонь. — Кстати, ты там, когда с главным мудаком будешь торговаться, не мелочись. У тебя сейчас в руках очень весомые аргументы.

— Разумеется! Пока. На связи.

— До встречи!

Майор ушёл, а я ещё с минуту подышал свежим воздухом победы и залез в машину.

Победа победой, но Костя прав, мне предстоял самый важный разговор, и из него следовало выжать максимум.

Понятно, что я мог отдать запись следователям и тем самым устроить Воронцовым по-настоящему весёлую жизнь. Но это было нерационально и опасно. Во-первых, у меня бы спросили имена несуществующих подкупленных людей в усадьбе. И вообще, начала бы раскручиваться ненужная мне ветвь, в которой я принимал активное участие в произошедшем, мне же по целой куче причин хотелось остаться в тени.