Я князь. Книга XVIII

Судя по лицу Алефтина Генриховича, их шушуканья в беседке прошли удачно.

Конечно, не я один почувствовал колебания Зоны, да и многие понимали, что это будет и весело и полезно.

Горький, поймав мой взгляд, поднял бокал и одобрительно кивнул. Павел Романов снял пиджак и повесил на спинку стула.

Мимо сцены к проходу в Дикую Зону мелькнули два размытых пятна.

– Кто последний, тот лох! – услышал я голос Кутузова.

Судя по всему, вторым был Нахимов, но больше психов не нашлось, и поэтому все решили идти спокойно.

Несколько гостей остались. В основном девушки, и они заявили, что это не женское дело – останавливать прорывы. Хотя я готов поставить дом на то, что даже парочка женщин могла спокойно остановить Прорыв.

***

КИИМ.

– Валерьян Валерьевич! Валерьян Валерьевич! – ворвался в кабинет ученого один из молодых лаборантов. – У нас сильный выброс энергии!

Старостелецкий многозначительно посмотрел на лаборанта, вздохнул и еще раз нажал на кнопку телефона.

“Абонент временно недоступен или находится вне зоны доступа сети”.

– Объявляйте тревогу, что я могу вам еще посоветовать? – он набрал и Звездочета, и Ермакову. Даже Асая Рей не отвечал.

На столе лежали данные за последние полгода, и они были не самыми обнадеживающими. Можно сказать, прорывы только участились. И все из-за того, что сильных магов в институте стало больше. Зона начинает реагировать на это с большей силой. Или же это может быть что-то другое.

– Что там на свадьбе? Вы отправили людей?

– Да, машина вернулась, – кивнул лаборант.

– Какая? – удивился Старостелецкий.

– Как… Ну они без приглашения… Их не пропустили гвардейцы Кутузовых, Нахимовых, Есениных, Толстых, Островских…

– Спасибо, я понял… И как нам сообщить о прорыве? – вздохнул профессор.

Но тут трубка пиликнула СМСкой.

“Валерьян Валерьевич, я знаю, что вы хотели сообщить о прорыве. И скорее всего, уже ломились ко мне в кабинет! Прошу прощения, но мы тут и так чувствуем, что надвигается прорыв. Так что постараемся сильно не шуметь.

Прочитав сообщение, профессор отложил телефон и посмотрел на лаборанта, который ничего не понимал.

– Валерьян Валерьевич! – в помещение вбежал еще один лаборант с длинной лентой бумаг. – Там…

– Что там еще?.. – вздохнул Старостелецкий.

– Прорыв… Закрыли прорыв. Данные, показывают. Но это же невозможно так быстро. Я перепроверю! – он хотел сорваться с места, но не успел.