Я граф. Книга XII

Мы прогулялись еще с полчаса, и за это время я узнал, что их дочь, принцесса Микки, поедет с победителем японской Универсиады на Мировую. Почему так, она не объяснила, а я не стал допытываться.

– Надеюсь, мы с ней чуть лучше поладим, чем в первый раз, – вздохнул я.

– Ох, терпения вам, Михаил, – тоже вздохнула Сёкен.

Мы еще немного погуляли, обсуждая кицунэ и как за ними ухаживать. Оказалось, что они очень любят мясо метеоритных медведей, и его частенько заказывают из Империи как лакомство, потому что в местной Дикой Зоне еще ни разу не встречалось подобных метеоритов.

Когда же мы вернулись, Маша практически все собрала и сидела на диване и отдыхала.

– Мне тут посоветовали посмотреть новости, – садясь рядом с ней, я взял пульт. – Говорят, что-то интересное.

– Какой ты загадочный, – Маша улыбнулась и легла мне на колени. – Ну давай посмотрим.

Ой, как удачно, новости только начались.

“Добрый день, многоуважаемые зрители.

Вчера отгремела свадьба генерала армии Японии Харакири Сасаки. Его супруга, Мореяма Субару, из рода Субару, была просто очаровательна. Банкет проходил в зале Императорского дворца.

К сожалению, СМИ не пускали на это мероприятие, но у нас есть сведения о некоторых гостях. Хотя, кто бы там не хотел оказаться? Даже сам Император с супругой присутствовали. В том числе и их гости из Российской Империи, которые буквально за день до этого умудрились наделать много шума.

Но все же нам удалось взять интервью у одного молодого человека. Того, кто стал популярен в считанные часы. Человек, невиданной благородства и отваги. Один из группы адмирала Нахимова. Евгений Фанеров.”

Дальше шел ряд кадров с фанатами, которые уже понаделали плакаты с изображением Евгения. Их было немало. За ограждением стояли несколько десятков визжащих девушек. У кого-то были фотографии с его лицом, у кого-то полноразмерные подушки, не помню как они тут называются.

– Чего! – опешила Маша, вскакивая с моих колен. – Когда это он успел еще и на фотосессию сходить?

А я же только рассмеялся. На плакатах был Фанеров в эпичных позах. Его изобразили в кимоно и в самурайских доспехах, и в образе рокового парня с розой в зубах, и в расстегнутой рубашке.

Да чего уж там! Даже с голым торсом были. И на этих плакатах он лил на пресс воду.

– И как мне теперь это развидеть? – скривился я.