Последний Паладин. Том 3

— Они не согласятся, — тяжело вздохнул Альберт.

— Я их не спрашивал. Либо так, либо пусть валят, — пожал я плечами и, аккуратно подхватив спящую принцессу на руки, направился в подъезд.

Волчары-гвардейцы тут же ломанулись вперед и попытались мне возразить, но уперлись в непробиваемую железную стену по имени Альберт.

Я же, игнорируя весь переполох, направился прямиком в квартиру и, попутно обновляя защитные контуры, занес Викторию на единственную расправленную кровать и бережно положил на подушку.

Сам же я намеревался переночевать в гостевой спальне, но едва я начал убирать руки, как до этого казавшаяся хрупкой и сонной девушка резко остановила меня.

— Маркус, останься... — прошептала Вика и потянула меня на себя.

Глава 9

Поспать мне в итоге так и не удалось.

Утро уже давным-давно наступило, а я лежал на покосившейся кровати и беззаботно смотрел на сладко спящую девушку с распущенными нефритовыми волосами.

Яркий луч осеннего солнца падал прямо на ее обнаженную грудь, которую лишь частично прикрывал лоскут от порванного одеяла.

Энергии в Вике оказалось куда больше, чем я предполагал и если бы не защитные контуры, которые я так кстати обновил, хрупкие стены жилой многоэтажки могли и не выдержать.

В итоге обессиленная принцесса довольно быстро смогла уснуть, а мне повезло не так сильно. Секс, наоборот, только разогнал перемешанную стихийную энергию по моему телу, вселив ложное чувство бодрости, за которым неминуемо последует откат.

Но тем не менее, я совершенно ни о чем не жалел.

— Разве что о том, что забыл пополнить запасы еды, — вздохнул я, открыв пустой холодильник.

Ну, хотя бы кофе был на месте. Я сразу сварил две порции, наполнил кружку, и с аппетитом потягивая горячий напиток, вышел на балкон.

Отличное настроение не могли перебить даже доносящиеся снизу шум и ругань.

Упрямые имперцы пошли на третий заход, и я с интересом наблюдал, как служивые бессильно разводят руками, а силовая группа поддержки опасливо косится на фигуру Альберта, который якобы невзначай сидит за спиной Лексы и невозмутимо затачивает золотой стихийный клинок.

Общую картину происходящего мне было видно с балкона, а детали я подмечал глазами Попугая, который пристально наблюдал за каждым шагом имперцев, ожидая пока хотя бы один из них посмеет переступить незримую черту его владений.