Я еще граф. Книга VIII

– Но если такое произойдет, обращусь к вам за советом.

Собчакова хотела перейти в более агрессивное наступление, но директор дипломатично ее перебил:

– Репортер слева, пожалуйста!

– Вопрос студенту Казанского института, Овчинникову Льву, газета “Сибирский лекарь”, скажите…

Я аккуратно наклонился к Маше.

– Ты ее уделала.

– Просто пришлось немного подготовиться. Ничего, скоро ты тоже привыкнешь.

Следующим спрашивал молодой паренек.

– “Московские хроники”. Вопрос победителю Универсиады. Скажите, Михаил, вы появились совсем недавно, и я думаю не секрет, что у вас амнезия.

Отсюда у некоторых появляются вопросы. Например, как вы стали настолько сильны, хотя до этого были заурядным студентом? Анонимные источники уверяют, что у вас вовсе нет никакой амнезии, и вы просто скрывались. Что вы на это скажите?

Я только улыбнулся. Вот же гиены! Все им скажи да расскажи. Однако пока он говорил, Лора выдала парочку фактов. Например, о том, что его источники липовые. Юноша просто фантазировал на пустом месте.

– Забавное предположение, – улыбнулся я, включая простачка.

– А можно посмотреть на доказательства? Ну или на кого вы там ссылаетесь? Люблю коллекционировать бредни. Иногда натолкнешься на вообще абсурдные вещи. Совсем недавно, когда я был в Москве, один пройдоха пристал ко мне с какими-то неопровержимыми доказательствами, но когда я обратился к своему юристу, то корреспондент оказался выдумщиком. Надеюсь, вы не такой?

– Снимаю вопрос, – быстро сел репортер. Молодец, понял, что не вывозит.

– Следующий, – сказал директор.

– Канал “Психическое здоровье”. Хотелось бы задать вопрос Евгению Фанерову, – встала репортерша в розовом кардигане, который подчеркивал ее четвертый размер груди. – Многие знают, что у вас… скажем так… нездоровая тяга к Марии Кутузовой. Отсюда вытекает вполне обоснованный вопрос. Как вы собираетесь заводить наследников, если Мария не выказывает к вам никаких признаков внимания? Способны ли вы продолжить ваш род?

Парочка людей в зале напряглись. Судя по гербу на одежде, парни служили в охране рода Фанеровых.

Скорее всего, они охраняли не своего господина, а глупых репортеров, которые задавали подобные вопросы.

Горький повернул голову и пристально посмотрел на Евгения.

Он прокашлялся и открыл рот.

– Я не хочу, чтобы вы у меня брали интервью, вы мне надоели, – махнул он на нее рукой. – Меня раздражают ваша розовая кофточка, ваши сиськи и ваш микрофон, – и в подтверждение он взял микрофон канала и раздавил одной рукой.