Лицеист

Хмурый невысокий мужик притащил две авоськи – и не только с полным комплектом одежды и видавшими виды книгами в кожаном переплете, но и… комиксами?

– Я что, это читаю? – Я покрутил в руках что-то цветасто-глянцевое с крупными буквами и здоровенным мужиком в черном плаще на обложке. – Мда-а-а…

Еще как читаю… читал – подсказала память. И даже находил все это дело занимательным. И уж точно в здравом уме не взялся бы за книги.

Значит, будем считать, что мой ум теперь не здравый.

Вместе с одеждой и остальным Колычев отправил мне целый мешок сладостей – печенья, карамелек и конфет «Коровка».

Конечно, я бы скорее предпочел курево…

Черт, да с чего я это вообще все это взял?! И откуда у меня тяга к табаку? Будь каши в голове чуть меньше, я бы уже перестал обращать внимание на странные мысли. Но они все появлялись и появлялись откуда-то. Я посмотрел на лежавшую у меня на ладони конфету и понял: где-то я это уже видел.

Фантик был другого цвета, заворачивался иначе – смешным вытянутым конвертиком, но конфета – та же самая! И я тут же представил, как еще детскими пальчиками цеплял кончик засахарившейся бумажки, добирался до лакомства и…

– Да твою ж… матушку! – Я схватился за полыхнувшие виски.

– Все! Понял! Больше не буду…

Боль накинулась снова – будто поджидала, когда я опять попытаюсь проникнуть в запретное. Но на этот раз оказалась не такой сильной: похоже, сказалась «тренировка». Ломота в висках прошла через пару минут, и я устроился на подушке с «Историей государства Российского в кратком изложении» древнего издания.

Похоже, еще дореволюци…

Чего?.. Тьфу ты, кому скажешь – засмеют. Уж три с лишним сотни лет Романовы на престоле, дай Бог Екатерине Александровне здоровья. Не было тут никаких революций, да и быть не могло. Мы ж не Франция какая-нибудь…

Я перелистывал страницу за страницей, то и дело переключаясь на книжки по другим странам – когда не хватало понимания. Древний мир: Египет, Греция, а за ними и Римская Империя: преданья старины глубокой.

То ли тогда Одаренных было слишком мало, то ли они еще не обрели настоящего могущества… то ли благоразумно предпочитали держаться в тени.

Гроза разразилась позже – в Средние века. Болезни и войны за осколки античного наследия, продолжавшиеся чуть ли не тысячу лет, не раз выкашивали Европу чуть ли не на треть, но не меньше унесли и костры Инквизиции.

Одаренные больше не могли – или просто не стали скрываться, и их менее удачливые братья по виду homosapiens устроили самую настоящую охоту на ведьм.