Под знаком Песца

Работа ему нравилась, менять он ее не хотел, а университет находился под патронажем императора, поэтому служить там было почетно и род с того имел какие-то преференции. Жалование же, наоборот, было маленьким, поэтому дядя Олег всячески изворачивался, стремясь увеличить свой доход. Он не делился своими деньгами с родом, считая, что Вьюгиным достаточно того, что они имеют от государства, но и от деда почти ничего не брал. Можно сказать, снизил свои контакты с родом до минимума, хотя и не совсем порвал.

Я вытряхнул вещи из сумки поменьше, и дядя Олег сразу удивился:

— Зимнее-то тебе зачем?

— Мне дед вообще разрешил только одну сумку взять — пояснил я, вытаскивая из большой сумки ноут, который собрался взять с собой. — Эту дядя Володя собирал. Он же нес. Даже странно, что ему разрешили меня отвезти и багажник не проверили, потому что телефон на выезде охранник отобрал.

— Ну офигеть у отца крыша поехала. Уверен, без Алки там дело не обошлось.

— Нет, — признал я. — Даже в голову не пришло.

— Мое возьмешь.

Дядя Олег двигался быстро, но рывками, как будто энергия его распирала и постоянно требовала выхода, а он ее пытался удержать в себе. Кроме полотенца, он притащил еще набор из пасты, щетки и мыла, дождался, пока все уложу, и скомандовал:

— Поехали.

Машина у дяди Олега была не из тех, что ездят только по гладкой дороге, зато на огромной скорости. Мощный внедорожник с вместительным багажником и набором артефактов на все случаи жизни впечатлял. Можно сказать, это был не автомобиль, а крепость на колесах, в которой в случае чего можно было отсидеться. Поэтому, когда дядя ездил «в поля», он всегда брал с собой собственное транспортное средство, которое приедет тем же поездом, что и он, разве что не в купе, а на грузовой платформе.

В дороге мы не разговаривали. Я устанавливал на телефон все, что было на прошлом, не отвлекаясь на сообщения, которые посыпались, стоило оказаться в сети. Потом посмотрю. Или даже смотреть не буду — ни к чему мне фальшивые соболезнования. Из лица непонятного статуса в роду я одним махом превратился в безродного. По факту, выбросили меня в никуда, прав дядя Олег.