Кровь Василиска. Книга IV

— Хм-м, — он оценивающе посмотрел на здоровяка. — Помните, что я сказал вам, когда вы спросили, как вы выглядите? — спросил паренек.

— Помню. «Не впечатляюще», — ответил я.

— Именно, — кивнул мой собеседник. — Еще раз прошу за это прощения, — он склонил голову. — Так вот я к чему. Ваш друг, как раз таки, выглядит слишком впечатляюще, — добавил он, смотря на Де’Жориньи снизу вверх.

— Ой, да ладно вам. — на лице Жуля появилась стеснительная улыбка.

— Вы идите регистрируйтесь, Жуль, — сказал я другу. — А мне нужно потолковать с этим молодым человеком, — сказал я здоровяку и тот кивнув, пошел в ту же дверь, в которую я заходил, когда сражался на этом же самом ристалище.

— Пойду займу места получше на трибуне, — сказал Анри и пошел к другому входу, который предназначался для зрителей.

— Я так полагаю, хотите узнать на кого больше ставки? — спросил молодой человек, который оказался довольно прозорливым.

— Я и так знаю на кого, — спокойно ответил я. — Хочу узнать на сколько больше? — спросил я и ответ меня немного удивил.

Всего десять к одному в пользу Отиса.

— Странно, — задумчиво произнес я. — Почему коэффициенты такие маленькие? — поинтересовался я у паренька.

Он, как бы невзначай, почесал острый подбородок и выставил вперед руку в которую я вложил флорин.

— Из-за вас, барон, — ответил мой собеседник. — Плюс, поговаривают, что человек, который будет сражаться против Отиса Де’Монсари благородный и к тому же еще и маг на службе короны, — пояснил он.

— Ясно, — задумчиво ответил я, и собрался было уйти но паренек меня окликнул.

— Будете ставить на своего друга, барон? — спросил он.

— Разумеется, — ответил я без толики сомнений в голосе.

— Хорошо! — мой собеседник довольно улыбнулся. — Тогда, удачи вашему другу! — добавил он и пропал в толпе людей, плотный поток которых стекался на ристалище.

Я уже собрался было присоединиться к другу на трибунах, но моего плеча коснулась чья-то рука а нос уловил легкий аромат цитрусов и ванили.

Я обернулся и увидел Аглаю, которая в этот раз, была в шикарном платье, подчеркивающее все ее достоинства, которые, как оказалось, были у нее внушительных размеров.

— Барон Кастельмор, — Аглая сделала изящный книксен и мило улыбнулась.

— Мадам, — я вежливо склонил голову.

— Мисс, — поправила меня собеседница. — Никогда не хотела замуж, — произнесла она и взмахнула рукой, расправляя веер.