Жребий некроманта. Надежда рода

Их должны объявить в течение часа, поэтому никто из поступающих не покинул здание академии.

Я вместе с Шуриком присел на одну из резных скамеечек и спросил у него сквозь гомон других абитуриентов, которые отирались в зале:

— На все вопросы ответил?

— На большинство, — гордо ответил он и выпятил почти женскую грудь. — А ты?

— Э-э, — вяло махнул я рукой и невесело посмотрел на стайку щебечущих юных, свеженьких дворяночек. Даже они меня не радовали.

А тут ещё нарисовался какой-то светловолосый, зализанный франт в жёлтом жилете поверх белой рубашки и брюках-дудочках.

Его надменные рыжеватые глаза презрительно скользнули по Шурику. И он брезгливо сморщил острый нос, а затем выдал, словно увидел собачье дерьмо:

— Вы, оба, освободите место барону.

— Хрен тебе на рыло, — злобно буркнул я, порядком расстроенный тем, что судьба моего магического образования повисла на волоске.

— Что-о-о? — ошеломлённо выдохнул он, округлив тонкогубый лягушачий рот. Ему будто под дых ударили.

Барончик до того изумился что даже сказать ничего не мог.

Лишь стремительно багровел. И через пару секунд его вытянутая физиономия цветом уже напоминала переспелый помидор. А те абитуриенты, которые околачивались поблизости от нас, с жадным интересом стали наблюдать за нашим трио.

— Да как вы… да как ты смеешь, нищеброд! — наконец-то завизжал парнишка. И его холеные хрупкие ручки упали на кожаный ремень, испещрённый рунами. — Я потомок…

—… Дуэль, — холодно процедил я и стремительно выпрямился, будто пружина.

Жаль, мы оказались одного роста.

Но барончик всё равно отшатнулся и поспешно огляделся.

В зале воцарилась гробовая тишина. Все взгляды были прикованы к нашей троице. И я даже услышал перепуганные мысли Санька. Они умоляли меня рассмеяться и перевести всё в шутку. Но я-то видел, что у наглого барона, кроме гонора, ничего нет. В его глазах воцарился испуг, а дыхание стало прерывистым.

— Хм… вы не достойны того, чтобы я снизошёл до дуэли с вами, — протараторил барончик и торопливо ускакал, словно боялся, что я оскорблю его ещё сильнее.

Тогда бы он уже не смог выпутаться из ситуации, не уронив своего лица.

— Очко жим-жим, — насмешливо проронил я и примостил свою задницу обратно на отвоёванную скамеечку.

Абитуриенты отмерли, и стали живо обсуждать увиденную картину. А я заметил несколько заинтересованных взглядов, брошенных на меня девчонками. Однако, хоть инцидент с бароном закончился в мою пользу, на душе всё равно было как-то муторно. Да ещё и Шурик подлил масла в огонь.