Жребий некроманта. Надежда рода

У меня ещё есть шанс попасть на платное обучение.

Поэтому я просто встал и пробурчал, сдерживая ярость:

— Туше.

Девчонка победно улыбнулась и торопливо спросила у декана:

— Значит, вы меня зачислите на бюджет?

Тот снова кивнул. И она весёлой козочкой выскочила из кабинета, едва не показав мне язык от избытка эмоций.

Я же направился к двери мрачнее грозовой тучи.

Внезапно декан подал голос:

— Молодой человек, постойте. Присядьте. Нам есть о чём поговорить.

— О чем же? — скептически бросил я, но всё же замер в дверях.

— У вас очень сильный и редкий дар. И вы не виноваты в том, что ваша семья не достаточно богата. Однако и я не мог отказать внучке графа Столетова. Всё же у меня есть к вам предложение. Я могу добиться для вас индивидуальных условий обучения. И более того — вам выделят место в общежитии.

— Что за индивидуальные условия и сколько они будут стоить? — жадно уточнил я, почуяв ветер надежды.

— Ровно пятьдесят процентов от полной стоимости. Платить можно помесячно.

Но обучаться вы будете только тем дисциплинам, которые связаны с магией. И ежели вы сумеете закончить академию, то и в дипломе будут отражены лишь изученные вами предметы. Но диплом все равно будет считаться полноценным.

— О как! — выдохнул я, едва не сплясав от радости. — А сколько конкретно надо платить и до какого числа я должен внести эту сумму?

— Восемьсот рублей. У вас есть неделя. Если вы не сумеете предоставить данную сумму, то, уж не обессудьте, академия закроет для вас свои двери.

Но даже, если у вас ничего не получится, не стоит отчаиваться. Вы всегда можете поступить в магическую школу в любом другом большом городе, — с ободряющей улыбкой закончил декан, словно не понимал, что Императорская академия и магическая школа — это как МГУ и технарь в Саратове. Меня там только пить не закусывая научат.

Глава 9

Часть II. Некромант

Солнце только-только вышло из-за горизонта, а я уже трясся в кузове допотопного грузовика. Его кабина была сделана из фанеры, колеса будто украли у телеги, а двигатель шумел и ревел так, словно его насилуют.

Вместе со мной возле высоких дощатых бортов ехал Лёшка и ещё пять человек. Восьмым был водитель. Рожи у моих новых спутников оказались откровенно подозрительными, угрюмыми и мрачными. Только Алёшка что-то приподнято насвистывал и порой подмигивал мне.

А я поглубже натянул капюшон тонкого брезентового плаща и рассматривал людей. Всё они были из низшего сословия.