За последним порогом. Ветры Запада. Книга 2

– То есть ты поэтому здесь сидишь?

– Нет, я особо не старался открыть, просто попробовал. Я пытаюсь понять, как эта штука устроена, это гораздо интереснее.

– Что значит «как устроена»?

– Ты можешь пузырь такой величины создать? – ответил я вопросом на вопрос.

– Большой, – неуверенно сказала Ленка, рассматривая причудливую структуру. – Может, и смогу, только его удерживать долго не получится.

– Вот именно, – кивнул я. – А этот пузырь мы полгода назад обнаружили, и никто его эти полгода не держит. И кто его знает, сколько времени он здесь торчит… может тысячи лет.

Я хочу понять, за счёт чего он держится, и хочу научиться создавать стабильные структуры.

– Было бы здорово, – признала Ленка. – А вот ещё у Морены двери были, – вспомнила она, – тоже неплохо было бы научиться. Они у неё тоже стабильные.

– Да много разных интересных вариантов есть, – выдал я дежурную фразу, и внезапно такой вариант действительно пришёл мне в голову. – Вот, например: пространство – это поле, так?

– Ну, допустим, – согласилась Ленка.

– И что из этого следует?

– А из этого следует, что у него есть такая характеристика, как напряжённость. Собственно, неоднородности пространства, которые мы с тобой наблюдаем – это как раз и есть флуктуации напряжённости поля. Пространство сжато там, где напряжённость поля повышена, и наоборот. Мы, правда, эти флуктуации не замечаем, поскольку сами существуем в пространстве и сами меняемся вместе с ним. Но есть один интересный момент…

Я сделал многозначительную паузу, и Ленка ожидаемо с любопытством спросила:

– Какой?

– Теория континуальных отображений[4] говорит нам, что пространство тесно связано со временем, и они составляют единый пространственно-временной континуум.

Отношение пространства ко времени – это константа, которую мы знаем, как скорость света в вакууме. И если мы увеличиваем напряжённость поля в какой-то области – да вот в таком пузыре, например, – то одновременно со сжатием пространства там изменится и течение времени. Скорость света измениться не может – это же не просто какая-то скорость, а базовая мировая константа, задающая метрику нашего пространства-времени, – поэтому во сколько раз мы сожмём пространство, во столько же раз и замедлится время.

[4 – Теория континуальных отображений в нашем мире называется специальной теорией относительности.]

– То есть в этом пузыре может быть огромный кусок земли, где время почти не течёт? – у Ленки от удивления расширились глаза.

– Не знаю, – пожал я плечами.