Кротовский, может, хватит?

На этом их интерес угас. Все спешат по своим маршрутам. На болтовню времени нет. У нас тоже своя дорога. Волк свернул на едва заметную тропу. Я уже привык ему доверять в выборе троп. В этом он не ошибается.

Уже минут через десять Гамлет заметил подходящую добычу и виртуозно приземлился мне на плечо, как истребитель на палубу авианосца.

- Хор-рошая цель, - сообщил он.

- Стоу пудоу, - согласился волк.

Мы подкрались поближе. Здоровенная тварь, чем-то похожая на вепря, копошилась у корней толстого дуба, своим непрерывным рытьем оголяя корни дерева.

Согласен, цель хорошая. На крупных тварей охотиться даже проще. Они менее подвижны и маневренны. Иногда удается разделываться с ними, сидя на дереве на безопасной высоте. Хотя в этом тоже большой недостаток. Если тварюга изуродует древесный ствол, с которого я стреляю, то мы получаем неслабый такой «минус в карму». А, беснуясь во злобе, деревья они портят только так.

По этой причине стараюсь не охотиться с деревьев, а выбирать такие места, чтобы между мной и тварью был овражек или еще какая-нибудь неровность рельефа.

Я выбрал позицию, изготовился к стрельбе и дал Проныру отмашку, чтоб начинал. Мне нужно, чтобы зверюга повернулась ко мне хотя бы боком. Его массивный зад и крючковатый короткий хвост в число уязвимых частей тела не входят.

Волк протяжно взвыл. Однако противный свин оказался на удивление не восприимчив к попыткам вызвать его на бой. Он продолжал увлеченно рыть под корнями дуба. Проныр выдал целую серию звуков, и опять безрезультатно. Я получил системное предупреждение, что если тварюга испоганит дерево окончательно, то порча лесного имущества ляжет на мою совесть, другими словами мне с меня снимут очки репутации.

Деваться некуда. Выпускаю короткий залп. Три премиальные стрелы одна за другой всаживаются в массивную заднюю ляжку зверя: бронебойная пробивает и рвет толстенную шкуру; огненная, втыкаясь следом, мгновенно разогревает мышечные ткани до очень высоких температур; а третья, ледяная так же мгновенно замораживает. Живая ткань, какая бы крепкая она ни была, от столь резких температурных перепадов получает обширные участки разрушения.

И вот тут уже мега-вепря проняло. Заверещал как свинья под мясницким ножом. Развернулся и побежал на меня, сильно припадая на заднюю ногу.

- Зау-медлился, - прокомментировал стоящий рядом со мной Проныр.

Тело волка подрагивает от напряжения, он, как сжатая пружина, готов пуститься вперед в любое мгновение. Но ему пока рано. Сейчас выход другого артиста...