Вернуть Боярство 16

Ваше императорское величество, конечно, вправе наречь меня изменником… Только тогда возникнет вопрос — а как назвать… полководцев, что вместо того, что бы защищать Империю сидят безвылазно в салонах, театрах и борделях столицы, ратуя за то, что бы уступить без боя с таким трудом завоеванные нашими предками земли, подарить этому врагу королеву, что гарантированно станет одним из сильнейших Магов Заклятий мира и подписать едва ли не кабальные торговые договора, по которым их купцы освобождены от пошлины и будут покупать нашу, добытую в боях, кровью и потом, добычу с такой скидкой, что мы едва отобьём затраты на охоту, извлечение, хранение и доставку товара? Скажите мне, ваше императорское величество, как называть таких.

генералов, если человек, разгромивший Цинь и одолевший в бою пожалуй сильнейшего мага этого мира — изменник лишь потому, что сделал предложение девушке, которую любит?

Это было нахально, на самой грани дозволенного и очень смело с моей стороны… Но я помнил свою роль и своё главное своё оружие пускал в ход не стесняясь — я ведь герой, верно? Поэтому надо упоминать об этом через слово.

А насчет оскорблений… Я ж о генералах, причем без фамилий. И хоть всем было понятно, о ком речь, но пока не названы имена — мне нечего опасаться. Ну в самом деле, если она начнет рычать по этому поводу и грозиться Канцелярией или ещё чем, то сама подтвердит, что я прав.

— Я Императрица Всероссийская, а не генерал, — ответила она. — И если генералы говорят не идти туда, то у них определенно есть некие соображения на этот счет.

Я не вникаю в подобные мелочи… Я дам вам последний шанс, Николаев-Шуйский — немедленно возвращайтесь в ту дыру, откуда вылезли, и там, с крестьянами, охотниками и прочим сбродом обсуждайте тактику и стратегию наших генералов. Но здесь вам больше делать нечего!

— Ваше императорское величество, при всем моем глубочайшем почтении к вам — здесь не Зимний Дворец и не столица, — появилось новое участвующее лицо. — Не знаю, как сейчас с этим в столице, но в моей губернии выгнать гостя из дома имеет право только хозяин.

И я не заметил, что бы он кого-либо оскорблял или вел себя недостойно, так что оставайтесь, Аристарх Николаевич.

Короткая вспышка телепатии, и нас окружил непроницаемый купол, сотворенный вечно молчащим Осининым — тем самым подозрительным типом. Улыбающаяся Императрица сбросила маску притворства, показал свои настоящие эмоции — гнев и раздражение.

— Итак, вы отказываетесь выполнять волю самого Императора, — констатировала она.