Вернуть Боярство 16

— Вы осознаете последствия, которые вас ждут после подобного? Вас объявят мятежниками и Имперская Армия вместе с верными трону дворянами придет в Александровскую губернию. Каждого десятого жителя повесят на людном месте, Рода лидеров мятежа будут полностью, до последнего младенца вырезаны под корень, а тебя, Павел, будут неделями пытать, прежде чем торжественно четвертуют. А перед этим поводя по городами в цепях и одном рубище, заблокировав магию — что бы даже чернь могла над тобой поглумиться. Из вас сделают показательный урок для всех остальных, и урок этот будет очень жестоким.

Не говоря уж о последствиях для твоей ветви Рода, второй по могуществу и влиянию, между прочим… И всё ради чего? Что бы эта парочка поженилась?

— Если вы переживаете за договор, у меня есть то, ради чего они с радостью откажутся от брака с Хельгой, — заявил Второй Император. — А ещё я говорил с принцем Рагнаром — у прибывших с вашей свитой представителей принца был при себе артефакт связи. По которому я с ним и связался и предложил сделку, но которую он согласился.

Вы можете пойти и поинтересоваться у них — они уже собираются тащить обратно дары, согласно их обычаям приносимые на сватовство.

Императрица поджала губы и умолкла — стоящий позади Осинин начал телепатически общаться, выясняя, насколько правдивы были слова Второго Императора. И некоторое время спустя отправил мысль самой Императрице. Та чуть дернула уголком рта и принялась прожигать Хельгу взглядом. А затем, усмехнувшись, сообщила:

— Вам же хуже.

Теперь больше нет веских причин отвергать кандидатуру моего кузена. У меня при себе имеется письменное разрешение говорить от имени супруга и право отдать Хельгу за…

— Я уступил вам, когда вы потребовали отдать мою дочь в жены за принца Рагнара. Я закрыл глаза на поведение вашей свиты, не стал устраивать скандал, когда ваш человек принялся в наглую подслушивать, используя Магию Разума. Стерпел даже, когда один из напомаженных шутов в обтягивающих лосинах с дурацком белом парике попытался заигрывать с моей дочерью… Но запас моего гостеприимства, терпения и покорности закончились.

Хельга — моя дочь, и что бы кто не решил, какой бы у вас не был с собой указ, я вполне могу отказаться от ваших хотелок — по закону, это мое право как отца. И плевать на традиции, что велят мне подчиниться мнению большинства. А несогласные могут своих дочерей отправлять куда захотят и к кому захотят.