Кротовский, вы последний

На более глубоких слоях магический фон выше, отличий больше и больше разнообразия. Чем глубже слой, тем злее и сильнее твари, тем более агрессивна к человеку среда.

Хм, любопытно, а Кобылкина ходила на первый или второй слои изнанки? Неплохо бы ее об этом спросить... вдруг она сейчас в своей комнате. Воображение тут же достраивает возможные исходы посещения Кобылкиной. Горячая вода для моего болящего тела... Мыльная пена... Голая и страстная Настасья Кобылкина... в паху отчетливо зашевелилось...

Отставить Кобылкину.

.. пресекаю предательские мысли. Дел невпроворот. К Кобылкиной схожу в другой раз. К тому же меня сейчас интересует не сама Изнанка, а как раз межмирье. Мои охотничие угодья находятся именно там. Но про межмирье в учебнике ничего нет. Во всяком случае такого названия не упоминается.

Мне удается найти кое-что только в разделе про богов и первопредков. Там говорится, что боги приходят в мир людей тайными тропами, скрытыми от простых смертных. Одна из таких троп проходит через пространство вечных сумерек.

По описанию походит. И крот как раз вещает оттуда. Приползает своей «тайной тропой», дает бессмысленные советы и сваливает обратно.

Понятно, что ничего не понятно. По крайней мере, крот дал мне возможность проникать в такое пространство, куда обычным людям хода нет. Будет ли мне практическая польза от этих «вечных сумерек», время покажет. Пока что я только могу «подкармливать» там свое перо. Но и это уже немало.

Подошло время окончания лекционных занятий. Надо встречать Белкину.

Отдаю учебник. Отправляюсь в учебное крыло. Сокурсники, выходя из класса, со мной теперь здороваются. Я тоже здороваюсь. Мне не трудно, от меня не убудет.

Белкина выходит в числе последних. Она опять одета в свое «черти что». Глухая полумонашеская одежда. В монастырь в ней уходить в самый раз. Одно только осложнение, уйти в монастырь ей не позволят.

Глава 17

Белкина идет, понуро опустив голову, и со мной разговаривать не желает. Ладно хоть не убегает. Пристраиваюсь рядом.

- И долго ты собираешься на меня дуться?

- Пока замуж не выйду, - мрачно отвечает Белкина.

- Давай лучше наоборот. Как только выйдешь, то пожалуйста, дуйся, сколько влезет. А до этого времени не надо.

Белкина молчит.

- И еще у меня к тебе очень большая просьба. Уж попросить я тебя могу?

- Можешь, - нехотя отвечает Белкина.

- Не одевай больше это старье. Этим ты обижаешь и меня, и Анюту, - насчет Анюты я приплел, конечно, отсебятину. Но думаю, Анюта бы со мной согласилась.