Кротовский, вы последний

«все-все, - сам себе делаю внушение, - спать, Сергей Николаич»... и я уснул.

Разбудила меня Анюта, разумеется, бесцеремонно. Вошла в комнату, раздвинула шторы и распахнула окно. Шаловливый ветер позднего лета тут же ворвался внутрь. Хлестнул по легкому ситцу ее платья и прижал ткань к телу. Обеспечил, гад, плотность облегания тонкой материи на груди и бедрах. Нельзя ж так сразу с утра. Вот зачем мне с утра видеть точные очертания того, что платье должно хоть как-то скрывать?

А тут еще Анюте вздумалось пошалить. Нацепила игриво набекрень мою гимназистскую фуражку и в легкую изобразила несколько движений из вчерашнего канкана: «пам па-па-па па-пам-пам.

..» - ладно хоть ноги к потолку задирать не стала...

- Сережка, быстро умываться, - Анюта поймала мой взгляд и вдруг застеснялась, сняла фуражку и вернула на стул.

- Встаю-встаю... чего уж...

- И не кряхти как старый дед, - добавила сердито.

И вправду, чего это я. Кряхчу, как дед, на девок смотрю, как дед... отчего девки смущаются и сердятся... вот что значит, инертность мышления.

Анюта вышла из моей комнаты, продолжила говорить из-за стенки.

- Завтракать у нас нечем. Придется выходить из дому.

- Уже одеваюсь... а где будем завтракать?

- На углу есть блинная. Там подают чай с блинами.

- Сойдет.

В блинной помимо чая с блинами подавали еще вареную яичницу. Вот не знал, что яичницу можно варить. Оказывается, в подсоленную кипящую воду разбивают яйцо, и оно там варится без скорлупы. Довольно вкусно, а главное быстро и ничего не подгорает. Еще бы майонезику к ней.

.. увы, майонеза здесь не подают.

Эх, хоть бы один гадский автор, пишущий про попаданцев в прошлое, удосужился записать рецепт майонеза на страницах своего нетленного романа, у меня был бы уже готовый план быстрого обогащения. Жаль, что я не знаю рецепт майонеза.

Анюта с завтраком управилась раньше всех. В ней бурлит «служебное рвение», ей не терпится приступить к исполнению обязанностей. Ну что ж, энтузиазм на местах заслуживает только поощрения. Филиппыч тоже рассиживаться не стал.

Первый день он собрался сопровождать Анюту повсеместно. Ну, я и это одобряю, моральная поддержка в первый день работы девчонке не помешает.

- Сережка, - Анюта уже поднялась из-за столика, - Ты в магуч не опоздаешь?

- Не опоздаю. Лекционные занятия еще даже в расписание не поставлены.

Анюта с дедой отчалили «в поля» обходить поставщиков, а я подзываю разносчика.

- Любезный, у вас кофе подают?

- Обижаете, ваш-шсво. У нас тут как никак центр Петербурга.