Рубеж-Владивосток (книга 1)

Будто тварь из металла страшная проглатывает, мехар в кабину девушку прямо на лету заключает. Двух метров до меня не долетел, статуей замер, вопреки ожидаемой инерции. При которой бы снёс меня к чёртовой бабке, а так только ветерком обдал с кусочками травки порубленной.

Когда девушка бьётся спиной о стенку, волосы, всколыхнувшись, лицо её открывают на несколько мгновений.

Прямой, строгий взгляд, сшибающий похлеще всяких апперкотов, устремлен на меня с претензией. И нотами цинизма. Но этот взгляд никак не вяжется с щеками её внезапно порозовевшими.

«Пасть» машины захлопывается, скрывая Агнессу полностью уже с завешенным чёлкой лицом. Мехар прыгает вверх и там врубает движки, уносящие её прочь от меня. Видимо, поняла, что может подпалить канаты на мундире. Пожалела.

Стою, ошеломлённый. Никогда не думал, что мехар и так умеет! Получается, она им на расстоянии управлять может. Пять частиц эрения такое дают? Вот это да!

Один восторг на другой накладывается. Агнесса...

Голова вскружилась моя, горе головушка.

Кто б из товарищей увидел, ну идиот. Конь вон смотрит, кажется, посмеивается. Хозяин с дуба рухнул.

А сердце всё колотится. Вдруг она вернётся.

И стою я час, а может больше. Но нет её… светлой, застенчивой и такой боевой крохи.

Опомнившись, на пляже поломанные ходули замечаю! Скачу туда по спуску. Собираю деревяшки, привязываю к седлу. Починю или свои сделаю по подобию.

Я буду тренироваться, как они.

Я буду всё уметь не хуже, чем они.

И в один прекрасный момент мой мехар сам найдёт меня. Призовётся и заключит в объятия. И мы будем вместе с Агнессой летать высоко в небе. И уноситься на самый край света, где останемся вдвоём, и ей не придётся так смущаться.

О чём я думаю, ну дурачок. Так меня и назвала же. Дурак.

Несусь с ветерком в седле до Поместья и эскадрона. Пыль дорожная в рот, растянутый до ушей, залетает вместе с мошками.

Она ведь не занята? Иначе бы не позволила дарить ей подарок. Иначе бы не приняла мою дружбу. Иначе...

Странная. Но очень красивая. Агнесса.

От одной только мысли о ней, в душе и желание, и нежность.

Воодушевлённый внезапным знакомством вечером я потренировался с гусарами на скаку саблей рубить. От ударов по деревянному чучелу кисть едва не отрывает. Это когда попадаю, но чаще мимо клинок летит.

Кулачные бои к ночи отменились, несмотря на желающих подраться.