Рубеж-Владивосток (книга 1)

Ветерок в лицо дует, тревожа листву, которая шелестит, будто дождик шумящий. Вроде спокойно, но веет прохладой. Я мечтал побыть с ней вдвоём. И вот она свершилась, эта мечта. А я боюсь признаться, потому что не мыслю получить отказ.

И эта пытка, мученье, тоска по девушке, даже когда она здесь… Хотел ли подобного?

– Это же вы вчера кричали моё имя у аэродрома? – Раздаётся тихо и вдруг так чувственно.

Мне кажется, что ей с моим затылком говорить значительно легче. Что ж. Раз так ей комфортнее со мной общаться, решил не оборачиваться.

– Да это был я, – признаюсь.

– По вам стреляли, – выдаёт с претензией.

– И, тем не менее, я цел.

– Зачем вы хотели меня видеть? Стоило так рисковать?

– Стоило.

– И это всё, что можете ответить? – Удивляется ещё.

– Нет. Я много чего могу вам ответить, но боюсь, что вы не ответите мне.

Не ответите взаимностью.

Вздохнула.

– Вы плохо спали ночью? – Спрашивает вдруг деловито и участливо.

– С чего взяли? – Насторожился.

– Вы проспали почти три часа на земле.

– Откуда вы… – запнулся, потому что стало стыдно.

– Простите, я не осмелилась вас разбудить, – выпалила.

Она что смотрела за мной, пока сплю??!

– Мне очень неловко. Я увидел вас в обществе товарища и решил дождаться.

– Дождаться чего? – Спрашивает с неожиданной иронией.

– Когда вы будете одни.

Усмехнулась! Вздохнула.

– Ваш подполковник так гоняет новобранцев. Что к нему страшно подходить. Заставит ещё отжиматься, – решил отшутиться.

– Так ведь сильно вы хотите говорить о нём? – Спросила с улыбкой, которую я кожей почувствовал.

И сам воспарил.

Агнесса улыбается. Как мне хочется увидеть её улыбку. Но я всё стою, не решаясь обернуться, ибо боюсь разрушить нашу связь.

– Знаете, Андрей, – начала говорить с волнением. – Жизнь научила меня не привязываться к людям. Но так случилось, что нечто выше моей воли. Оказывается, не нужно много времени, о чём и не ведала даже. Я скажу, как есть. Ибо бывает, что возможности больше не сыскать. Андрей… Я дорожу каждым мигом… проведённым с вами.

И каждым мигом, когда мои мысли о вас. Но когда сажусь в кабину меха, мои мысли только о враге. И смерти. Их, своей… всех, кого защищаю. И кем дорожу. Так рождается моя ярость. Лишь она помогает мне устоять на поле боя.

Закончила говорить. Не думал, что окажется смелее меня.

Грусть в душе. Но следом прорывается и счастье от осознания сказанного! Слепая эйфория, порыв неистового торжества. Обнять, поднять, закружить, рассмеяться на весь мир.