Рубеж-Владивосток (книга 1)

Ещё запрыгнуть в седло не успел, а отряд уже погнал в сторону Владивостока, только пыль столбом. Даже тележка с двумя пулемётами и ящиком лент с патронами рванула, будто по воздуху полетела.

– Догоняй, князь! Беда! Враг прорвался! – Кричат товарищи.

Полсотни кавалеристов собрали, Азаров и сам ротмистр с нами рванули, значит дело серьёзное!

На развилке правее уходим в сторону Амурского залива, с которого тоже начинает доноситься шум боя.

Скачем, как угорелые, то под кронами высокими, то в чисто поле вырываемся с дороги на пересечёнку.

Небо и без того пасмурное дымом заволокло. Гарью начинает нести с залива.

– Склады горят, – заключает взводный. – Не успели, братцы.

– Не дрейфь! – Восклицает Азаров. – Угля много! Всё не спалят, собаки серые!

– Да, только весь казачий батальон, охраняющий базу, положат, – прошипел ротмистр и рявкнул. – Первый, третий взвода за мной!! Остальные подтягивайтесь.

Помчали галопом, как угорелые. Грибоедов впереди всех мчит.

Стали срезать, ветки по лицу хлещут, шапка съехала на холку, спасибо ремешок крепкий придержал.

Вырвались к базе. Три склада из семи горят, чёрный дым столбом в небо валит. Весь забор по периметру переломан. Бой почти прошёл. Ещё на позициях кое–где хлопают винтовки, не пойми куда. Растерзанные и пожжённые тела казаков повсюду, останки оргалидов везде. И ползающих, и летающих. Один гигантский голубой оргалид в виде паука прямо на одном складе сверху лежит и жарится.

Неподалёку вагоны транспортного поезда перевёрнутые на железнодорожном пути. В двух местах рельсы вырваны и загнуты вверх, словно они из фольги. Метрах в сорока он позиций упавший дирижабль догорает. Оба артиллерийских расчёта на двух пригорках, будто в жерновах побывали, перемолоты, и не разберёшь, сколько орудий было да людей.

Заметили движение за насыпью со стороны моря! А там ещё два собакообразных двухметровых оргалида гоняют казаков.

Прям с сёдел стали по тварям стрелять, на себя отвлекая. Да всё мимо! Наша телега где–то по пути застряла.

Зато пулемёт казачий догадались выкатить, казака присыпанного растормошив. Патронов с гулькин нос наскребли. Перезарядили! «Максим» дал две длинные очереди и заклинило!

Одну тварь прибили, вторая, как полоумная казака задавить решила в окопе, от добычи не отстав. Ротмистр орёт не своим голосом, гусары еле шевелятся. Лошади ржут, брыкаются.