Рубеж-Владивосток (книга 1)

Лежит кабина на боку посреди невысокой травы, которая уже местами дымится от осколков. Монстров не видно вокруг. Нам хватит и одного в эпицентре крушения!

Оргалид величиной с целый вагон с кристаллической шкурой голубого отблеска похож на хищную птицу с четырьмя лапами. Только клюв не один, а два. Смахивает такое на желваки, как у паука, в дополнение к образу и глаз целая куча.

Запуталась гадина в канатах и сдувшемся полотне хорошо, но всё же путы постепенно рвутся, натираясь об острые шипы шкуры.

Если бы монстр задался целью просто высвободиться, он бы намного раньше это сделал.

Но его, похоже, больше волнует экипаж в рубке, которую он пытается расковырять со стороны дна очень старательно, вцепившись ещё и четырьмя лапами в деревянную рубку. Скрип с мощным голодным и булькающим рычанием стоит мерзкий и будоражащий нутро.

Габариты твари примерно сопоставимы с габаритами рубки, если не учитывать крылья. Но елозит по земле под его натиском конструкция довольно легко. Несколько разбитых орудий каким–то образом вывалились наружу и, оставаясь прикреплёнными к рубке на страховочных тросах, ещё выполняют роль неких якорей.

И, кажется, именно поэтому оргалид ещё не сумел подкинуть рубку, чтобы её просто разбить.

Внутри остался экипаж, который заблокирован лапами твари и собственными канатами, которые опутали и рубку. Похоже, там кого–то придавило орудиями. Через окошки видно, что внутри творится настоящий хаос. Люди в ужасе, раздаются стоны и крики о помощи.

Один лётчик уже попытался вылезти через бойницу, но тварь его тут же и схватила, перекусив пополам.

Только что скакавшие рьяно в бой гусары, встали, как вкопанные в сорока метрах от нашей цели.

А когда тварь стала расправляться с пилотом под крики ужаса, и вовсе попятились.

– Какой здоровенный, – заахали.

– Никогда таких не видел... – раздаётся за спиной вибрирующий голос.

– Вот и всё, Андрей. Страх не тренированный у молодых, – заключил удручённо Азаров, стоящий со мной рядом. – Думаешь победить не в силах оружием людским? Убивает оно нелюдей за милую душу, только вот прицелиться не можем, потому что руки дрожат.

И у стрелка, и у артиллериста. А ты на лошадей посмотри, вон на дыбы уже встают.

Да знаю я.

Поддал в бока, и мой конь ни в какую. Ржут под гусарами скакуны отчаянно, задом сдают.

Спрыгиваю с седла! Хватит медлить!

– Князь, не сходи с ума, – завыли гусары.

– Андрей, – взмолился Азаров и следом спрыгнул.

Не обращая внимания на лепет трусов, снимаю винтовку из–за спины иду вперёд.