Пожарский-1

Женщины!

Женщины с ногами, оголёнными настолько, что у некоторых юбок, почитай, что и не было! Сверху дела обстояли весьма симметричным образом. Огромные вырезы, в которые едва ли не вываливались груди. Голые животы. Крошечные маечки. Восемьсот лет назад этих лоскутков не хватило бы даже, чтобы смастерить косынку... Вот, кстати! И волосы никто не прикрывает!

Не скажу, чтоб никогда ничего подобного не видел – да хоть гречанок бесстыжих вспомнить или ацтекское царство, те вовсе голыми телесами сверкали запросто.

Но то, что подобная манера наряжаться за прошедшие столетия добралась до Руси-матушки, меня изрядно обескураживало. И ведь никому, решительно никому из прохожих не было до этого срамного непотребства никакого дела! Разве что прогуливающиеся мужчины время от времени кидали заинтересованные взгляды на особо привлекательные прелести. Смотреть было на что.

Приятная мода, чего уж вилять...

Мужики, кстати, поголовно были безбородые или со столь незначительной длины бородками, что сразу стало ясно – внучок из общего ряда тут не выбивался.

Эти наблюдения я сделал, пока шёл через прилегающий к больнице парк.

А потом начались проезжие улицы!

Где лошади? Ни одной конной тележки или верхового. Ни одной ладьи летающей – ни большой, ни маломестной. Зато предостаточно повозок самоходных, присмотревшись к которым, я не нашёл ни одного признака магии! Пахли все эти механизмы странновато и, как по мне, не особо приятно. В голове услужливо возникло слово «техника», а ещё: «механика».

Выходит, столь сложные устройства доступны для управления простолюдинам? Впрочем, отдельные, особо вычурно отделанные аппараты всё ещё действовали с примесью магии, хотя в основной своей части опираясь на всё ту же механику – уж больно слабые магические эманации от машинерии исходили, сильно недостаточные для продвижения экипажа, да ещё с седоками.

Постройки выглядели внушительно: массивные, в два и три этажа, с огромными окнами, колоннами и лепниной. От привычных мне (старинных здесь) палат остались лишь смутные воспоминания, а жаль.

За что потомков можно похвалить – так это за аккуратность. Город был чисто выметен, ухожен, мостовые и пешеходные дорожки сплошь выложены плитками или камешками в смеси с некой затвердевшей массой.

А вот что озадачивало – огромное количество странных надписей, зазывающих: заходи, купи, посмотри и прочее заманивающее, яркое, кричащее, обляпанное всё теми же огоньками, в которых магия отсутствовала напрочь.