#Бояръ-Аниме. Романов. Том 4

Если наверху комплекс смотрелся достаточно консервативно, ничем не отличаясь от рядовых офисных помещений, то под землей все выглядело иначе.

Наш коридор, по которому мы шли, располагался под потолком огромного зала. Сплошное стекло в стенах коридора позволяло окинуть взглядом, лежащее внизу внушительное пространство, заставленное промышленным оборудованием. Сотни экранов по стенам сияли отчетами того или иного отдела, сотни людей в халатах перемещались по гигантскому помещению.

Это был по-настоящему технологичный комплекс, и я откровенно любовался происходящим за стеклом.

Такое я испытывал крайне редко, ведь даже моя секция в лаборатории ЦГУ была лишь маленьким гаражом, в котором энтузиасты собирают свой первый компьютер. А здесь — настоящий цех, позволяющий развернуться в промышленном масштабе.

Наконец, мы достигли административной части, расположенной под потолком зала. До земли отсюда оставалось метров пять. А ведь это только первый из трех подземных этажей.

Дверь открылась, как только Волкова коснулась считывателя своей карточкой.

И я сразу же увидел ряды мониторов, отображающих расчеты, которые ничего бы не сказали стороннему наблюдателю. Но я таковым не был, а потому прекрасно понимал, что Волков работает над тем, чтобы повторить мой интерфейс. Точнее, создать его самому.

— Дмитрий Алексеевич, — поднял свой взгляд от дисплея брат Василисы, — рад вас видеть.

Он поднялся из кресла и протянул мне руку.

— Это взаимно, Святослав Святославович.

Я ответил на его жест, и после краткого рукопожатия прошел по круглому помещению, рассматривая данные на мониторах.

Волков сохранял молчание, давая мне возможность оглядеться и оценить масштаб работы. Вряд ли он на самом деле волновался, что я выгоню их на улицу, получив контроль над лабораторией.

— Это впечатляет, — обернувшись к хозяину кабинета, признался я.

Тот интерфейс, что уже был интегрирован в оборудование боярских бойцов, не шел ни в какие сравнения с новой версией, которую Волков собирал пока что только в очень приблизительной теории.

Я заметил несколько грубых ошибок в модели Святослава Святославовича, но это было совершенно нормально — в отличие от меня, Волков-то шел вслепую.

— Благодарю, княжич, — хмыкнул тот, бросая взгляд на сестру.

Василиса Святославовна расположилась в свободном кожаном кресле и, сложив руки на подлокотниках, наблюдала за нами из-под приспущенных век.

— Как вы вообще до всего этого додумались? — спросил я с улыбкой.