3. Белые погоны

А вот дальше рандом начал вызывать преимущественно смешанные пары — самородки против представителей старых родов, и дело пошло значительнее веселее. Одно плохо — несмотря на то, что совсем уж неумех среди самородков не осталось, вчерашняя тенденция на вылет все равно продолжилась, поэтому из четырнадцати боев, которые я успел посмотреть, во второй тур прошло всего четверо самородков из первой партии. Остальные были выдавлены с турнира представителями младших и старших родов, причем с заметным преимуществом последних.

— Лэн Тэри Дэрс и лэн Нориус Дэсхэ — площадка номер два! — неожиданно объявили из динамиков.

Я мысленно хмыкнул.

О, Дэсхэ! Да это же тот здоровяк, которого я уложил позавчера. Интересно, у Тэри получится закончить то, что начал я, и окончательно выдавить этого парня с турнира?

Взглядом испросив разрешения у наставника, я переместился поближе к нужной площадке, чтобы иметь возможность поближе взглянуть на интересующий меня бой.

— Лэн Адрэа Гурто и лэн Оуэн Лархэ — площадка номер три! — прямо по пути огорошило меня второе сообщение из динамиков.

Вот ты ж блин. Как же не вовремя!

Но делать нечего — я вернулся к наставнику и протянул ему снятый по дороге идентификационный браслет.

— Молнии, — тихо напомнил мне лэн Даорн про основное умение рода Лархэ. — И родовое умение у них тоже связано с воздушной стихией. Вторым умением может быть что угодно, в том числе огонь или вода. Будьте внимательны, курсант.

Я кивнул.

Да, на Лархэ, как и на всех, у кого был такой же дар, как у меня, я обратил внимание в первую очередь.

Таких оказалось всего пятнадцать человек на отборочном туре и тринадцать в этом, включая меня. В целом немного, да. Управление молниями — не самый легкий и далеко не самый часто встречающийся дар. А с учетом того, что почти все его обладатели перешли на следующий этап соревнований, к таким, как я, следовало проявить удвоенное внимание.

На ринг я поднялся буквально на сэн позже своего противника.

Парень был на год старше меня.

Довольно высокий, на редкость светлокожий, весь какой-то бледный, худой и полупрозрачный. Даже волосы у него были белы, как снег, что наряду с бледно-голубым оттенком глаз добавляло ему своеобразного шарма. Однако альбиносы на Найаре — не бог весть какая редкость, поэтому внешность Лархэ фурора не произвела. Зато его было легко запомнить, поэтому мне даже напрягаться не пришлось, чтобы понять, кто он и какую школу представлял.