Серёжа, уважай аристократов

Наталью, несмотря на все мои опасения, сумел выцепить без труда, она следом за основной частью ее одногруппников вышагивала в полнейшем одиночестве.

- Привет, - поздоровался я, заступая ей дорогу. – Есть дело.

- Опять ты! – Нисколько не обрадовалась моему обществу будущая друидка.

- Да, я. У меня случайно веточка одного очень любопытного растения появилась. Нужно бы ее превратить в полноценное растение.

- Очень любопытное?

- Ты даже не представляешь, насколько.

- Ну, тогда пошли. – Вот и весь разговор.

Правда, когда третьекурсница узнала, что у меня ничего, кроме самой ветки, ни хрена не приготовлено, она перестала быть столь индифферентной.

- Пока можно и в кастрюльку посадить, а землю я в нее прямо сейчас на газоне накопаю, - рискнул я вставить свое предложение после того, как Наталья на тему жизненной неприспособленности мужчин целую речь толкнула. Краткую, но очень содержательную.

Зря я это сделал, третьекурсница на меня так посмотрела, что я сразу чуть не все баллы в собственной самооценке потерял.

- Ладно, - сдалась она, вволю повозмущавшись, - ты мне будешь должен еще тридцать золотых за горшок для этого твоего мутанта. Это плюс к тем семидесяти, что я возьму за работу.

- Ты очень дорогая женщина, Наталья, каждый раз, как я с тобой встречаюсь, ты раскошеливаешь меня на сотню золотых, – возмутился я. - За тридцатник тот горшок, что ты предоставишь, должен, как минимум, быть сделанным из серебра.

- Тридцатник – это еще по себестоимости, нас студенты из кружка артефакторики своими поделками снабжают.

Горшок артефактный, защищающий от болезней растений и вредителей, плюс способный поддерживать почву увлажненной, до тех пор, пока в нацарапанных на его стенках рунах содержится мана.

Наконец, все было обговорено, Наталья за своим чудо-горшком сбегала, начался процесс проращивания корней.

- Не могу понять, - спустя пару часов усилий повинилась магиня. Такое впечатление, что система у этого растения незамкнутая. Словно какого-то жизненно важного органа не хватает.

Моя мана как в песок уходит. У этого дерева не может быть еще какого-нибудь дополнительного симбионта? Пчелок там, или птичек?

- Птичек точно не было. Вообще ничего вокруг не было, кроме аккуратной, словно подстриженной травки вокруг ствола.

- И ты эту травку, конечно же, не захватил, - как в отношении слабоумного посетовала ехидная девица.

- Конечно же, захватил, - в тон ей отозвался я.

- Так чего ты стоишь, давай ее скорее сюда.