Возрождение Феникса. Том 1

Благодаря его посредничеству удалось сузить размах войны до двух родов. Гнездовы против Беркутовых. Таким образом, Гнездовым поручалось смыть позор с Мироновых. И они смыли. Нашей кровью. А мы…мы проиграли, - с трудом доканчивает Елизавета. – Потеряли практически весь род.

Она опускает голову. Беру женщину за руку, поглаживаю большим пальцем ее хрупкую ладонь.

- Поэтому, когда я узнала о тебе и Лизоблюдовой, то испугалась, - признается мать. – И честно, сынок, до сих пор боюсь. Боюсь этой Лизоблюдовой. Вдруг ты, как отец, необдуманно влюбишься, а Екатерина – женщина очень красивая, любому голову вскружит, особенно молодым мальчикам.

- Мама, Екатерина – роскошная женщина, - не отрицаю, отчего Елизавета со страхом сжимается. Я поднимаю с ее колена вторую руку и говорю твердо: - Но мое сердце отдано только тебе с Леной. Пока не обустрою вас, не собираюсь строить никаких долгих отношений. Я не Всеволод, я намного совершеннее. И я сделал Катю гендиром, чтобы она работала, как вол, а не нежилась в моей постели.

- Ох, Сеня, - радостно улыбается она, и новая слеза стекает по краешку голубых глаз. Но уже слеза счастья. – Я, конечно, безумно рада, но ты не забывай встречаться с девочками своего возраста. Не стригись в монахи!

- Постараюсь, - хмыкаю. Уж определись, женщина.

- Еще, сынок: сегодня вечером я улетаю в Москву. Проблемы с рестораном, шеф-повар уволился, надо нового искать, да и Лена долго уже одна, - она обеспокоенно смотрит. – Ты справишься сам с заводом.

- Да вот уже… - и я рассказываю про создание адаптируемой сигнализации за одну ночь и о том, как она уже обеспечивает безопасность экспонатов на выставке, находящейся под покровительством княгини.

Елизавета удивленно открывает рот и даже забывает о дворянском самоконтроле. Радостно, как девочка, хлопает в ладони и едва не подпрыгивает в кресле.

- Сеня! Сеня! Да ты предприниматель от бога! Тебя сам Сварог отправил в наш род!

- Эх, если бы, - вздыхаю. Никакой не Сварог, Бемижар это, скотина. – Ладно, ма, мне же в школу надо, а я еще даже не завтракал.

- Точно- точно, - подхватывается она с места. - Сейчас Тамару кликну, пускай яичницу приготовит.

В дверях появляется Феня в белой рубахе и широком голубом сарафане, подобная яркой бабочке. Рыжая девушка выставляет вперед худенькие руки.

- Барыня, не надо тетю Тамару. Она сейчас лепит пельмени на заморозку. Я сама за молодым барином поухаживаю. Разрешите? – и смотрит жалобно как щенок в приюте.

- Да без разницы кто, Фень, - аж опешила мама.