Возрождение Феникса. Том 1

Еще на заводе я обратился со своим подозрением к Тимофею, и он за десять минут сгонял за жучками, которые мы разместили у Гиврина за сервантом.

Стук в дверь:

- Барин, вы чего разматерились как сапожник? – раздается недовольный возглас Доси. – Сейчас я как зайду и остужу вас лейкой для цветов.

- Выключай прослушку. Понятно всё с этим, - шепчу Тимофею, и тот сразу же дергает рычажок на коробке приемника. Ядреный русский мат стихает. Вслух говорю: - Федосья, ты не так поняла. Это тяжелый рок играет просто.

- Впустите, сама убежусь, - не отстает служанка-симпотяжка.

- Э-э… а я голый, - ну, не до девчонок сейчас.

- А я не стесняюсь, - настырная девушка увеличивает нажим в голосе. Слышатся томные прерывистые вздохи. Чего там себе на представляла уже? Быстра, киса!

- Неужели? А кто в последнее время в обмороки повадился падать? – усмехаюсь. – Опять тебя реанимировать рот в рот?

- Опя-я-ять?! – переходит девушка на пищащий ультразвук. – Ба-а-а-арин, да как вы посмели! Я же была нецелованая! Сорвали у меня первый, а я и не помню! Не могли что ли как человек, когда глаза открыты? У-и-а-а-а-а!

С воплем она уносится куда-то по коридору.

- Так-то я пошутил, балда, – произношу в пространство. Слишком офигел от услышанного.

- Эх, Сеня, прекращал бы ты морить наших девочек, - качает головой Тимофей. – Права Дося, не по-людски себя ведешь. Они же скоро аки кошки начнут выть под твоим окном.

Еще один заботливый. Сколько ж вас?

- Тимофей, и ты туда же? Ну, сам посуди, куда мне еще бабы? Тем более дома.

Ладно, если бы раз в неделю ездить в город остудиться. А здешним хоть раз волю дай, тут же изведут. Нет уж. У меня школа, завод, скорое поступление в Москву, вот еще добавилась охота на крыс, - киваю на приемник прослушки. - Скорее всего, начальник статистиков тоже из грызунов.

- А чего же тогда и к нему не кинули «жука»? - Тимофей снова включает приемник. Тишина. Ни мата, ни грохота. Лишь помехи пшикают каждые несколько секунд.

- Ай, уже без разницы, - отмахиваюсь.

– Некогда часами караулить. Все равно уволю его. Либо он ходячий косяк, либо предатель. Правда, если последнее, то по-хорошему надо его казнить за измену. Но все равно это успеется.

- Тут уж как решишь, Сеня, - не спорит Тимофей. – А насчет девочек я всё же потрещу с Тамарой, они нашей кулинарке во всем исповедуются. Про тебя тоже. Может, наши ласточки вовсе и не претендуют быть твоими подружками и зря ты боишься. Они ведь не гордые.