Провинциал. Книга 4

Надо будет попытаться развить у неё навыки менталиста, и тогда ей, вообще, цены не будет.

Как я уже говорил, те, кто клятву давал, они никаких проблем в плане безопасности не доставляют. А вот остальные...

Мы, кстати, уже выявили пару человечков, которые нездоровый интерес проявляют к вещам, которые их совершенно касаться не должны. Пока их не беспокоим, следим за ними и за их каналами связи, контактами. Исключительно для того, чтобы понимать, откуда тут ноги растут, и кто это у нас такой любознательный.

Хотя, опасаюсь я, что и радикальные меры могут потребоваться.

Так или иначе, а к этому тоже надо быть готовым. Ну, ладно, всё порешаем, всё наладим, всё будет работать у нас, как часики. Дайте только срок...

Алевтина приняла из рук горничной подносик с печенюшками, маленькой чашечкой и исходящим ароматным паром кофейником.

Немного подумав, поставила его на тумбочку, стоящую рядом с кроватью, налила кофе в чашку, и, усевшись по-турецки прямо поверх одеяла, пригубила бодрящий напиток...

Утро было нерадостным.

На душе было муторно. Только вчера их группа прибыла на эту, Богом забытую планету. Но, вместо радостного возбуждения, которое она обычно испытывала, приступая к очередному заданию, она ощущала только гнетущую тоску и бессильную злость.

Всё пошло не так, как она планировала.

К сожалению, её доклад вызвал повышенный интерес не только у её непосредственного начальника, генерал-майора Пронина, но и в вышестоящей организации, в одном из отделов Тайной Канцелярии, курировавшем их департамент.

И если с военными чиновниками Генштаба Мечислав Степанович ещё мог договориться, то повлиять на решения чиновников Тайной Канцелярии он не имел никакой возможности.

В результате, операция по Антонову, которую они планировали, была изменена кардинальнейшим образом, и руководить этой операцией поручили одному из служащих Канцелярии. Видимо, кто-то из их кураторов учуял, что на этой теме можно будет здорово подняться.

В результате Алевтина, вместо того, чтобы руководить операцией, была низведена до уровня подчинённого, и была практически лишена возможности оказывать какое-либо влияние на оперативное планирование.

Но, это можно было бы пережить, такое случалось с ней и раньше. Беда была в другом.

Дело в том, что тот, кого поставили руководить их группой оказался очень неприятным типом.

Чиновник шестого класса, Военный советник Крыницын Павел Лаврентьевич. Сорок четыре года. Амбициозный и себялюбивый до нарциссизма. Мнит себя неотразимым.