Пришествие бога смерти. Том 7

И вот, мой червь полез наверх к голодной птице, которая уже посматривала на тоннели и нехорошо так смотрела… Червь же был медленным, и, кажется, чудовищу надоело ждать, о чём доложил призрак.

Огромный ворон что-то прокричал, после чего открыл пасть и выдохнул воздух в направлении неба, натурально сдувая облака… После чего засунул кончик клюва в самый большой тоннель, по которому полз мой червь и начал вдыхать!

Меня, китайцев, да и всех моих марионеток резко дёрнуло в тоннель, и мы всей кучей полетели! Этот гад магией ветра закупорил все остальные тоннели! И всё, что есть в башне, помчалось к нему в открытую пасть, даже птенцы и птицы!

Видимо, предыдущий крик означал: «Бегите» ну или «Готовьтесь».

Черви повылетали из тоннеля словно фонтан, а с ними и птицы с переломанными конечностями. И лишь мы чудом спаслись… я успел перед собой создать барьер, перекрывающий тоннель. В него мы с китайцами и врезались.

Китайцам-то было плевать, они зомби, а я себе лоб расшиб… И это было опасно, очень! Даже перепугаться успел.

Выдохнув, переключился на Извращенца, а там, в воздухе над башней, летали все мои марионетки. Они будто находились в пузыре, и огромная птица клевала добычу, жадно поглощая. Не брезговал монстр и собратьями…

Его огромный клюв мог даже носорога с лёгкостью заглотить и расплющить. Поэтому кости других птиц ему совсем не мешали.

Однако стоило клюву сомкнуться, как червь резко покрылся чёрной бронёй и ощетинился шипами!

И тут же раздался хруст, означающую лопнувшую броню… Хана ворону… Только сейчас ощутил, что расплющивал монстр не клювом, а магией. Воздухом под огромнейшим давлением!

Но нет, судя по визгам ворона, он ещё жив…

Огромный червь отправился в желудок, а я приказал ворону выбираться наружу.

Восстановленная броня червя, попав в желудок твари, начала с огромной скоростью плавиться, а у меня глаза на лоб полезли от натуги! Таким желудочным соком можно плавить бронемашины, причём за мгновения…

— Птица! Быстрее! — простонал я.

— П-пытаюсь! Плоть слишком, кар, прочная, не могу! Кар! Тяжело! Маны! Кар! Кар-кар!

— Не паникуй! — выкрикнул я и начал создавать на клюве птицы клинок, а на лапах обувь с лезвиями. А ещё велел марионетке расслабиться.