Провинциал. Книга 8

Мой имидж спровоцировал на активные действия именно того, за кем я и вышел сегодня на охоту:

- Юноша, - прозвучал голос Овечкина, насыщенный обертонами презрения и насмешки, - как вас сюда пустили то? Надо будет переговорить с охраной на входе, пускают всякую деревенщину…

- Раз меня пустили, - ответил я, вернув оппоненту презрительный взгляд — значит сочли меня желательным гостем этого клуба. Это же клуб биллиардистов? Или я ошибся, и тут коротают вечера великовозрастные гопники? — я посмотрел на оторопевшего от такой наглости Овечкина поверх очков.

Очки носить не привык, и они чуть не свалились с моего не такого уж и длинного носа. Пришлось комичным жестом их поправлять, возвращая на место.

- Гляди, очкарик, - со смехом гыгыкнул рядом стоящий толстяк, на пузе которого жилетка, которую он на себя напялил, просто не сходилась, - с Петром Сергеевичем аккуратнее. А то, не ровён час, очки-то упустишь…

- А что, он настолько крут? — задал я весёлому толстяку вопрос.

А Овечкин аж покраснел от возмущения, так как я начал говорить о нём в его же присутствии в третьем лице.

- Молодой человек! — воззвал он ко мне, слегка запинаясь, - ведите себя прилично!

— По ходу дела он говорит с некоторым трудом именно потому, что уже успел опрокинуть не один хайболл, - подумал я.

- Ага, - тут же подхватила Зоэ, - и румянец у него такой… специфический. Ты с ним это, по-аккуратнее, налицо все признаки того, что ещё чуток, и резьбу ему сорвёт...

- Я то вполне прилично себя веду, - хмыкнул я в раскрасневшуюся физиономию Петра Сергеевича, - а вот вы самоутверждаетесь за счёт попыток унизить мимо проходящих только потому, что как игрок из себя мало что представляете?

Народ в зале начал на нас оборачиваться и посматривать с явным интересом.

- Это вы из себя ничего не представляете! — провозгласил он, - а я почётный член этого клуба! — и, наверное для того, чтобы я наверняка проникся сказанным воздел свой указательный перст вверх, - вызываю вас на дуэль! Матч из пяти партий!

- Сколько ставим? - тут же поинтересовался я.

- По сто тысяч! — и посмотрел на меня с немым вопросом, типа, а потяну ли я такую сумму.

- Принимаю! — тут же отозвался я.

Овечкин с ухмылкой поинтересовался:

- А у тебя деньги то есть?

Я извлёк карточки, которые получил на входе. На них было только двадцать тысяч, и я это знал.