Княжич Соколов. Том 1

К тому же подобная маленькая привилегия добавляла лояльности от людей, которых я мог назвать своими.

— Сообщишь новые даты спектакля моей надзирательнице, с меня столик в лучшем ресторане и подходящее платье в качестве извинений Людмиле, — ответил я, подходя ближе к открытой двери бронированного седана с родовыми номерами Соколовых.

— Благодарю, княжич, — обрадовался Витя и извиняясь скосил глаза вглубь салона автомобиля.

Будто бы это его вина, что пустил разъяренную Звереву в мою машину. С этой сумасбродной особой и отец-то едва справляется.

— И вот еще, Витя, — добавил я, забравшись внутрь седана наполовину, — будь добр, довези нас побыстрей.

— Разумеется, Артемий Сергеевич, — понимающе улыбнулся мой водитель, — будет сделано в лучшем виде.

Дверь мягко захлопнулась за моей спиной, и я повернул голову направо.

Скрестив стройные ножки на высоких каблуках, рядом со мной сидела высокая блондинка. Ее волосы были сплетены сложной прической с косой челкой, нависающей над дикими янтарными глазами.

Каплевидные золотые сережки, идеально подобранные под цвет глаз, бликовали на солнце, а изящная длинная шея была украшена массивным кулоном, уходящим вглубь широкого декольте белой блузки.

Строгие черные брюки плотно обтягивали спортивную фигуру Зверевой, которая олицетворяла горячую сексуальность и одновременно с этим пробуждала животный страх.

Будучи одним из трех личных телохранителей рода Соколовых, Зверева голыми руками могла расправиться с десятком наших лучших дружинников. И в этом ей бы не помешал ни маникюр, ни каблуки, ни типично откровенная форма одежды, едва скрывающая третий размер груди.

Анна Руслановна Зверева знала цену своей красоте и силе, ничуть не стесняясь их демонстрировать.

На мое появление девушка показательно не обратила никакого внимания, с серьезным лицом продолжая работать с ноутбуком.

— Рано выстрелила, — заговорил я первым, едва машина тронулась с места.

— Тхаг бы убил себя, — не поворачивая головы, холодно парировала Зверева, — мое действие не противоречило ни твоему нелепому приказу, ни обозначенной цели захватить пленника.

— Так он все равно себя убил, — пожал я плечами и приоткрыл окно, запуская потоки прохладного воздуха внутрь салона.