Узы крови. Роман Алексея Осадчука

Он сообщал мне о том, что цены на продовольствие, ткани, железо, шерсть и оружие в независимом графстве Макон резко скакнули вверх и продолжали расти. Хм… И неудивительно. Кому война, а кому мать родная. Кто-то идет на смерть, а кто-то набивает карманы.

Кроме того, Кот сообщал, что существенно повысились цены на рынке рабов, в особенности — на крепких мужчин. Ранее он информировал меня о расплодившихся в графстве и за его пределами командах рекрутеров, охотившихся за молодыми крепкими мужчинами, которые должны были пополнить ряды воюющих армий.

Граф де Макон, после большого количества жалоб, даже пытался как-то бороться с этим беспределом, но чем выше были цены на «живой» товар, тем активней действовали охотники за головами.

А ведь это только начало. Армии Вестонии и Аталии еще даже не дали ни одного генерального сражения. Все пока происходит в режиме мелких стычек на территориях, как я их называю, буферных графств и герцогств, находящихся между странами-гигантами. Думается мне, что после войны многие из этих мини-государств потеряют свою независимость.

Проведя ладонью по лицу, а затем потянувшись, я убрал со столешницы все важные документы и приказал Бертрану:

— Зови.

Спустя несколько мгновений в мой кабинет вошел невысокий сутулый мужчина. На вид ему было лет пятьдесят или даже больше. На его бледном побитом оспой лице висела любезная и слегка лукавая улыбка, а в умном взгляде мутно-голубых глаз читался неподдельный интерес.

Эрик Жюдор, местный ростовщик посетил мой особняк несколько дней назад.

У него ко мне был какой-то разговор. Но я в тот раз отсутствовал, поэтому он оставил свою визитку с просьбой принять его в любой удобный для меня день.

Кстати, особняк теперь уже официально является моей собственностью. «Лихорадка» господина Молле отступила, и он с готовностью согласился мне продать этот дом за восемь сотен серебряных крон.

Пришлось слегка урезать его аппетиты, и цена была сбита до пяти с половиной сотен. Молле так жаждал завершить все дела с неудобным арендатором, что даже согласился на вексель, который он мог бы обналичить в любом из банков, где хранились мои вклады.

С наличными у меня на момент заключения сделки было не очень.

После короткого приветствия я предложил ростовщику присесть.

— Итак, — произнес я, внимательно глядя на своего собеседника. — Вы хотели поговорить со мной о чем-то? Только прошу вас… Переходите сразу к делу. У меня мало времени.