Дельта. Вернувшийся из будущего

Она внимательно посмотрела мне в глаза. Похоже, она всё видела.

Я улыбнулся ей и прошёл мимо. Как бы я ни старался остаться вне подозрений, но и терпеть неуважение не стану. Мейфен будет молчать, а Мейли вряд ли пожалуется отцу – у них для этого недостаточно хорошие отношения.

В своей комнате я улёгся на кровать и прикрыл глаза. Необходимо продумать дальнейшие действия. В своей первой жизни я ухватился за возвращение в прошлое, потому что хотел вернуть Адель. Но если всё оставить как есть, через двадцать два года Солнечная Система встретится со своим концом.

И мы с Адель всё равно умрём.

Поэтому надо действовать умнее. Жаль, что мои мысли настолько медленные. В прошлой жизни я был Эвольвером и развивал свой мозг. Позже у меня даже появился свой мысленный ассистент – он мог вместо меня анализировать гигантские объёмы данных. Но в этой жизни я не пойду по этому пути. Быть стратегом – неплохо. Но это не спасёт меня во время апокалипсиса…

Я сел и вытащил из кармана смартфон. Сперва позвоню деду.

Но это оказалось не так просто сделать. В каждой стране свои основные мессенджеры, которые не пересекаются между собой. В Азиатском Содружестве – РеЧат, на Руси – Канонъ, в Европейском Союзе – Фэйсбокс. Это не значит, что связь между странами отсутствует, – совсем нет. Но эту связь обеспечивают СМИ каждой страны, трактуя любое мировое событие по-своему. Девяносто девять процентов граждан могут только верить тому, что говорят с экранов их телевизоров. И так – в каждой стране.

Для регистрации в любом мессенджере требуется паспорт.

У меня есть гражданство Руси, но я не собираюсь его использовать. Нужна анонимная связь. Борис Уральский – известная личность, за ним следят. Причём не только свои.

В прошлой жизни я, работая аналитиком в армии Руси, очень подробно изучил все существующие мессенджеры. Поэтому, хоть у меня сейчас не так развит головной мозг и нет ассистента, я смог обойти защиту Канона и зарегистрироваться анонимно.

А вот создать виртуальный канал связи, который невозможно отследить, оказалось сложнее.

Я многое забыл, и мне пришлось до самого вечера ковыряться в сети.

Наконец – я позвонил.

На экране появилась иконка коричневой книги, на которой значилось название: Канонъ.

Пошли гудки. Я прислушался. Вроде за дверью никого нет. Да и кому вообще интересен шестнадцатилетний я? Разве что Мейли попытается что-то вынюхать.

Дед не брал долго. Только через минут пять иконка книги сменилась на его хмурое лицо.