Рубеж-Британия (книга 4)

Но ведь Татьяна не заслужила таких потерь.

– Мне искренне жаль, что вы потеряли брата, – шепчу. – Но жизнь продолжается. Вы так молоды и красивы. Подумайте о себе и родителях, которые сильно переживают, глядя на ваше состояние. Подумайте о живых.

Татьяна не слушает меня, продолжая о своём.

– Вы… – снова заговорила ожесточённо в моих объятиях даже сквозь слёзы. – Вы напоминаете мне брата. Вы украли его у меня, вы украли этот мундир и эти погоны. Вы украли… мир в нашем доме.

Схватила руками за грудки, сминая китель, отпряла.

Смотрит хмуро, вся в слезах. Мой китель от них мокрый.

В этот момент мне хочется сказать ей. Что её брат пал не от моей руки! Но я мужчина, который пришёл сюда принять удар на себя.

Отпустил её. Татьяна отступила в сторону, отвернулась, будто ей вдруг стало стыдно за своё поведение. Достала платок.

– Я больше не хочу быть в этом именье, – начала спокойно, вытирая слёзы. – Здесь всё напоминает о нём. Вы правы. Мне нужно думать о будущем.

Простите мне мою истерику. Последние три месяца я держалась. Но вы своим присутствием растревожили раны.

– Мне жаль.

– С другой стороны, я посмотрела вам прямо в глаза и свершила мою навязчивую идею спросить с вас за всё. Теперь мне легче.

Повернулась. Посмотрела на меня.

– Больше не держу вас, сударь, – произнесла и исполнила реверанс.

– Честь имею, – откланялся.

Не думал, что теперь мне станет вдвойне тяжелее. Похоже, свой камень с души Татьяна переложила на мою.

У мехара в селе люд собрался на диковину посмотреть. Видимо, им появление боевой машины – целое событие. Меня увидели, шарахнулись в разные стороны. Барышни нарисовались красивые, глазками в меня стреляют, смущая.

И отчасти отвлекая от тяжёлых мыслей.

Залезаю в кабину ловко под пристальным вниманием собравшихся. Щёки горят!

Но стоит крышке закрыться, заключая меня в Медведя, слабостей больше нет.

Я – боевая машина.

Мысли теперь о сестре, которая должна быть в Иркутске с Третьяковыми.

Её срочно нужно найти. А для этого придётся напроситься на Императорский остров, где Анну видели в последний раз.

Помимо прочего, следует заняться и благоустройством моего поместья в Слюдянке. Там ничего не будет напоминать мне о плохом. Тихое и спокойное место пусть станет моим новым домом.

Взлетаю… руки чешутся. Хочется рвать, крушить, уничтожать.

Потому что вспоминаю, как потерял Агнессу.