Аристократ на отдыхе. Том седьмой

Подскажете, где ближайшая мастерская?

Этого Захаров стерпеть не мог.

— Вот еще! Я сам все сделаю. Давай ключи, святой отец! К утру твоя колесница будет как новенькая.

— Магическое зажигание в колеснице, — неторопливо ответил отец Иннокентий. — Как сядешь за руль, сын мой, перекрестись и прочитай “Отче наш”. Колесница и тронется.

— Чего? — оторопел Захаров.

Священник невозмутимо достал из кармана рясы сложенную бумажку и протянул Захарову.

— Держи, здесь молитва написана. Для такого случая всегда при себе ношу.

Захаров хотел что-то сказать, но промолчал и взял бумажку. Кажется, все шутки вылетели у него из головы.

— Тормоза у колесницы барахлят, — напутствовал его отец Иннокентий. — И огненные элементали иногда шалят. Если увидишь дым из-под капота — бери к обочине и проси Господа о милости.

Костя так же молча ушел, а через минуту из-за ограды послышалось фырканье мотора.

Проводив озадаченного Захарова взглядами, мы не выдержали и дружно рассмеялись.

— Благодарю, Никита Васильевич, — обратился ко мне отец Иннокентий.

— Расскажи мне про Авессалома, — предложил я. — Как ты с ним познакомился?

— Было это семь лет назад, — неторопливо ответил отец Иннокентий. — Я тогда уже служил в Холмском приходе и имел небольшой домик в пригороде с клочком земли. Землица никудышная была, у прежнего хозяина ничего на ней не росло. Но я с божьей помощью умудрился разбить небольшой огородик.

— У тебя же магический дар Природы, — напомнил я. — Ничего удивительного.

— А дар — божья помощь и есть, — кивнул отец Иннокентий.

— Не испугался? — улыбнулся я. — В таких случаях обычно гвардию зовут.

— Господь ничего не посылает напрасно, — ответил мне улыбкой отец Иннокентий. — Помолился я и вошел в портал. И встретил Авессалома.

— Прямо так и встретил? — не поверил я.

Мне-то хорошо была известна осторожность демонов Природы.

— Три дня пришлось блудить по аномалии, — не стал скрывать отец Иннокентий. — Но в конце концов отыскал я заблудшую душу. И вразумил добрым словом. С тех пор мы с Авессаломом неразлучны. Возделали аномалию, посадили там яблоневый сад. Даст бог, завтра сам все увидишь, Никита Васильевич.

— Увижу, — улыбнулся я.

Мне все больше и больше нравилось предстоящее приключение. Пропавший демон — такого я еще не встречал.