Пришествие бога смерти. Том 8

Пока не сбил шлем…

— Матерь божья… скелет! — боевой дух мужчины мигом подкосило, а магия ослабла, ему захотелось убежать. Но… вокруг было пусто, все уже мертвы, все двести пятьдесят воинов! — Штаб… мы проиграли. Штаб? Лять…

Главная машина, в которой находились средства связи, была повреждена призраками ещё в начале сражения… Гаус внял предупреждению Белкиных, оттого и усилил оборону завода, где хранится и производится столь ценный товар как «катализатор».

***

Москва.

Отель.

Номер Гауса.

Утро.

Проснулся я оттого, что услышал звук фотовспышки.

Открыв глаза, увидел Софию у зеркала. Она жадно фотографировала себя во всех ракурсах. Видимо, чтобы в будущем вспоминать, какой была без чешуи.

А я подмечу, что была она выше всяческих похвал, и это неудивительно, глядя на степень родства с Природой. Подтянутое спортивное тело, ни грамма лишнего жира, аккуратная грудь второго размера, небольшая круглая попка, красивые ноги, чёрные волосы до середины спины и красивое лицо, которое сейчас сияло от радости.

— Простите, я вас разбудила? Не могла удержаться.

— Нормально всё. Разве что… — посмотрел я на следы крови на кровати, — кровать лучше сжечь.

— Ага, я уже распорядилась. Как мы уедем, тут проведут обработку, — девушка заулыбалась и, положив телефон на стол, села на кровать, рядом со мной. — Ну. Теперь и умереть не жалко. Не думала, что хоть раз в жизни узнаю, каково это быть женщиной.

— Понимаю… — с её-то ядом даже простое прикосновение смертельно опасно.

Куда уж секс. — А разве у вас нет там, дальних родственников с такой же силой?

— Ну, во-первых, даже если родственники дальние, фу-фу-фу, таким заниматься, — рассмеялась она и, скрестив ноги под собой, продолжила. — А, во-вторых, нас тоже можно отравить. Так что всякий, кто не может контролировать свою силу, как я, просто поубивает всех. Даже мать моя. Она очень сильна, но долго не может обнимать меня. А когда я стану сильнее, то даже прикоснуться к ней нельзя будет. Имею в виду кожа к коже.

Так-то через защитную одежду можно всё.

— Тяжело вам живётся.

— Может быть, — пожала она плечами. — Но таковы наши традиции и обычаи. Мы привыкли страдать. Кстати, Александр Леонидович… Я недавно говорила с отцом…

Она коварно посмотрела на меня, следя за реакцией, но я лишь продолжал спокойно смотреть на девушку.

— И нет, он не требует вас взять ответственность, — рассмеялась она. И да, почему-то до сих пор на вы. Видимо, чтобы отстраниться.