Князь Барятинский. Второй курс. Новое оружие

Из золотого кольца словно бы выросли и развернулись над ним красивые, выведенные безупречным каллиграфическим почерком строки:

«Фамильяръ.

Имя: Джонатанъ Ливингстонъ.

Видъ: Морскыя чайка.

Владѣлѣцъ: Вѣликыя княжна Елизавѣта Алѣксандровна Романова.

Маг-дрѣссировщикъ: Вѣликыя княжна Елизавѣта Алѣксандровна Романова».

— Джонатан Ливингстон? — спросил я. — Серьёзно? Эту чайку так зовут?

— Государю императору — ура! — горделиво подтвердила чайка.

И принялась чистить перья. Прямо у меня на плече.

— Великая княжна Елизавета Александровна была юна и легкомысленна, — с некоторым смущением вмешался император.

— Разумеется, после отъезда великой княжны из России всем её фамильярам был обеспечен надлежащий уход. Чайка, по всей вероятности, проживала где-то здесь, вблизи пруда. Тьма её напугала и повредила крыло.

Борис с вызовом повернулся к императору.

— Спешу напомнить, сударь, что давать оценку поступкам великой княжны — не в вашей компетенции!

— О, разумеется, — вспомнил о маскировке император.

Подумав, поклонился. — Прошу меня простить, Ваше высочество. Позвольте, я провожу вас в корпус.

Борис вздохнул.

— Ты обещал, — напомнил я.

— Да-да. Иду.

Отец и сын ушли. А я с тоской посмотрел на чайку — которая так и сидела у меня на плече.

— Ты улетать собираешься, вообще?

— Государю императору — ура! — порадовала меня чайка.

— А если я тебе шею сверну?

— Государю императору — ура!

— Не веришь, — вздохнул я.

***

— Не знал, что вы любите птиц, Константин Александрович.

Глава Тайной канцелярии, мой непосредственный начальник Эрнест Михайлович Витман посмотрел на Джонатана Ливингстона с нескрываемым любопытством.

Избавиться от этой назойливой твари мне так и не удалось. С плеча я её в итоге согнал, но, куда бы ни шёл — чайка следовала за мной по пятам. Если я шёл быстро, она летела. Если шёл не спеша, вразвалочку топала следом. Если останавливался, норовила взгромоздиться мне на плечо или усаживалась у ног.

Опытным путём я установил, что произносить Джонатан Ливингстон действительно умеет единственную фразу: «Государю императору — ура!».

В момент, когда уже всерьёз задумался о том, что надо бы раздобыть где-то верёвку покрепче и привязать это адское создание, например, к дереву, меня разыскал Витман.

— Любопытный выбор фамильяра. — Витман покосился на мощный клюв и внушительное тело чайки.

— Верите — ещё час назад я сам понятия не имел, что люблю птиц, — буркнул я. — Но теперь, похоже, других вариантов просто не осталось.