Возрождение Феникса. Том 2

Бывает два вида командиров – Отец и Передовик. Отец – это я, ну или мне хочется им быть. Он за своих подчиненных горой. Его решения взвешенные и осмотрительные. Отца любят солдаты. А Астерия, похоже, – Передовик. Он всегда стремится быть лучшим. Не жалея своих подчиненных, бросает их в огонь или устраивает сорокачасовой рабочий день. Передовика не любит никто, притом, такие нужны везде.

Благодаря Никите, вино в бутылках мигом заканчивается. Официанта нигде не видно, и мы с парнями сами идем к бару. Когда возвращаемся, видим интересную картину.

Некий сударь в вельветовой рубашке, торчащей из-под броского малинового пиджака, наклоняется над Алесей и произносит с нерусским акцентом:

- Прекрасная леди, позвольте представиться. Я - Джонатан Вискис, из свиты Его Высочества принца Ричарда Тюдора-Бесонова. Он хотел бы с вами пообщаться, если вы не против.

Британец указывает в сторону диванов на другой стороне танцевальной площадки. Там сидит синеволосый парень, одетый, как франт, в бежевый костюм с иголочки, в модном галстуке бабочкой.

Синеволосый хищно усмехается, не сводя с Алеси горящих черных глаз.

- Благодарю, это большая честь. К сожалению, я не могу, сударь, - отнекивается Алеся.

Мы с парнями уже подошли, но не спешим садиться. Ждем завершения «пикапа-мастера». Британец не обращает на нас внимания. Дорогой костюм, новая прическа, самоуверенный взгляд.

- Почему, леди? Это ведь сам Ричард, принц Британский! Или, может, у вас есть молодой человек?

Алеся теряется. Она бросает на меня грустный взгляд и говорит правду, честная душа:

- Не-е…

- Есть, - вмешиваюсь, пока не обнадежили бриташку.

– К сожалению, сударь, дама сегодня занята.

Британец выпрямляется, остроносое лицо насупливается.

- Кажется, леди хотела сказать нечто другое.

- Ваша леди может быть, а наша сударыня нет, - усмехаюсь. – Правда, Лесь?

Ободренная моим взглядом барышня кивает.

- Д-да, Джонатан, я сегодня, правда, с молодым человеком. Извините.

Британец морщится, но затем тонкие губы растекаются в насмешливой улыбке.

Ох-х, мой магнетизм-то фонит! Чувствую, сейчас он разожжет в этом «малиновом» злобу до настоящего пожара. Хоть бы у парня было достаточное самообладание.

- Леди, мне всё же кажется, что вы только что были другого мнения, - он резко кладет тонкую лощеную руку на спинку стула, касаясь плеча Алеси, от чего она вздрагивает.

- Руки убрал! – гаркает Аркадий и подступает к британцу ближе.

Тот лишь усмехается и поднимает над Алесей вторую ладонь.