Пришествие князя тьмы

Проклятое тело сморчка, в которое я был заточен, не могло оказать достойного сопротивления. Казалось, еще немного — и мои ребра попросту переломаются под чудовищным напором, превратив внутренности в кровавое месиво.

В зале воцарилась гробовая тишина, а затем грянул дружный вздох ужаса. Студенты застыли на местах, не смея шелохнуться, преподаватели вскочили со своих кресел. Ректор, побледнев как смерть, попытался урезонить обезумевшего перста:

— Стой! Не делай глупостей! Тебе все равно не выйти живым из академии, если ты убьешь учащегося!

Но монстр лишь оскалился в жуткой ухмылке и сдавил мою грудную клетку с удвоенной силой.

Я хрипел и извивался, тщетно пытаясь высвободиться из его захвата. Краем глаза заметил, как Нинель что-то торопливо нашептывает на ухо ректору, а тот лишь отмахивается, не сводя напряженного взгляда с разворачивающейся драмы.

Тем временем остальные преподаватели обступили нас полукольцом, выпустив перстов. Однако атаковать не решались, опасаясь задеть меня вместе с врагом. Я лихорадочно пытался сосредоточиться, призвать на помощь свой дар и оттолкнуть проклятого упыря, но тщетно — боль и оглушающий хохот перста совсем рядом с ухом мешали мне собраться с мыслями.

— Давайте! Ну давайте же! — пророкотал он, обдавая мое лицо зловонным дыханием. — Только по одному, не все скопом! Хочу насладиться этим сполна.

И вдруг его тело начало стремительно меняться, обрастая длинной белоснежной шерстью. Конечности удлинялись и искривлялись, превращаясь в мощные лапы с загнутыми когтями.

Лицо вытягивалось в звериную морду, клыки удлинялись на глазах. Через несколько секунд передо мной возвышалась исполинская магическая горилла.

Вместо когтей на лапах твари были длинные заостренные наросты, больше похожие на кинжалы. Налитые кровью глаза смотрели с дьявольским весельем и предвкушением расправы. Теперь передо мной был не просто опасный перст, а машина для убийства, способная растерзать кого угодно одним движением.

Я зажмурился и усилием воли подавил подступающую панику.

Так, спокойно. Нужно что-то делать, причем срочно. Иначе эта тварь попросту располосует меня в клочья и примется за остальных.

Сосредоточившись, я мысленно проник внутрь мерзкой туши, нащупывая каждую кость, каждый хрящ и сустав. А затем резко сжал невидимую длань, одновременно выворачивая и дробя их в мелкое крошево.

Горилла взревела от боли и неожиданности. Ее скрюченное тело обмякло и рухнуло на пол, превратившись в бесформенную кучу плоти и шерсти.