Пришествие князя тьмы

Распластанный на полу труп чудовища вдруг содрогнулся и начал подавать признаки жизни! Вернее сказать, подобия жизни — ведь оживить полностью разрушенный мозг и вернуть сознание я все-таки не мог. Пока не мог!

И все же расчлененная горилла судорожно зашевелилась, пытаясь подтянуть к себе оторванную голову. Пальцы скребли по залитым кровью плитам, безголовое тело беспорядочно дергалось на месте. Зрелище было настолько дикое и противоестественное, что у меня волосы встали дыбом

Постепенно до меня начало доходить.

Мой выброс некросилы не просто реанимировал мертвые ткани — он подчинил их моей воле! Я буквально всей кожей ощущал незримую связь, протянувшуюся между мной и трупом. Если прикажу — он будет повиноваться, словно марионетка. Вот так номер!

Любопытно, однако. Выходит, отныне он в моей власти? И вся его чудовищная сила, и способности — тоже? Хм, это открывает определенные перспективы. Можно такого натворить — мало не покажется!

Усмехнувшись, я подошел к копошащейся туше.

Та замерла, будто почуяв хозяина. Право слово, даже в посмертии тварь признает мое главенство! Прекрасно, просто прекрасно.

Но что-то подсказывало: незачем плодить неупокоенных мертвецов. Пускай все идет своим чередом, а покойнички мирно тлеют в гробах.

Прикрыв глаза, я мысленно потянулся к обрубку шеи гориллы. Почувствовал, как некротическая сила сворачивается в тугой жгут, концентрируясь в одной точке. А затем резко дернул эфемерный поводок на себя, одновременно шепча слова Изгнания.

Которые сами слетали с уст.

Труп содрогнулся всем телом и обмяк, роняя из пальцев голову. Последние искры не-жизни покинули разрушенную плоть, и теперь на полу лежала просто мертвая горилла. Дело сделано — покойся с миром, тварь. Свою роль ты уже сыграл.

Я брезгливо поддел тушу носком ботинка и решительно зашагал прочь. Что ж, первый блин вышел комом, но итог того стоил. Теперь вся академия будет шептаться о невероятных способностях Ивана Ведминова.

Я уверенно шагал по коридору, не обращая внимания на перешептывания и любопытные взгляды студентов. Пусть болтают, мне-то что? Главное — репутация создана, авторитет завоеван.

Вдруг мое внимание привлекла странная сцена. Дмитрий Шереметьев, красный от ярости, что-то выговаривал Снежинке, с силой ударяя кулаком по стене возле ее головы. Бедняжка вжалась в холодный камень, но глаз не отводила, храбро пытаясь утихомирить разбушевавшегося хозяина.