Отшельник

Худой состроил кривую усмешку, рыжий заржал.

Я впитывал информацию, продолжал смотреть на худого максимально непонимающим и наивным взглядом.

- Может, отпустите меня? – попробовал я. – Чего с меня взять? Сами же видели – карманы пустые! Я вот так через лесок и – нет меня?

Худой устало вздохнул, мотнул головой.

- К Кондрату его, - скомандовал он. – Уж больно подозрительный. Проверить надо. Одаренный его враз вычислит. По приметам похож на Енотовского, надо портрет сверить. Если нет – выпорют, припишут к нашему дому, а потом отправят либо Лес чистить, либо в шахту камни долбить, а потом, глядишь, и на порталы сошлют, если не сдохнет.

А если он Енотовский – то нам, парни, награда в сто крошей от барона Енотова обеспечена! А ему, - он небрежно кивнул на меня, - не позавидуешь.

- Да уж, Енотов еще тот зверь! – отвратительно захихикал рыжий.

- Вяжи его, - скомандовал худой. – Да покрепче, вишь, какой здоровый.

Черт, на жалость надавить не получилось. Фактура у меня не та, не жалостливая: под сто девяносто ростом и под сто кило веса, насколько помню.

И одежда ну совсем не соответствует легенде.

Вот так сразу знакомиться с Кондратом у меня желания не было, он уже мне не нравился. Лес чистить или камни долбить – ну нет, не для того я институт кончал, я большего достоин! Но, похоже, так просто они меня точно не отпустят. Переходим к плану бэ.

Когда рука угрюмого легла на мое запястье, я перехватил ее, резко развернулся, загибая его руку за спину, тем самым выставляя его перед собой, как щит.

Другой рукой хотел схватить его за шею, выхватить нож из-за ремня, но… в затылке что-то треснуло, перед глазами вспыхнули искры, а потом наступила чернота.

Когда очнулся, надо мной нависала рыжая ухмыляющаяся рожа. Вблизи он еще и конопатый был, как леопард, рыжая борода оказалась с проседью, а изо рта нещадно несло чесноком.

- Оклемался, придурок? Вставай! И больше мне без фокусов, отшельник, а то так отделаю! Был бы ты настоящим отшельником…

- Спокойно, Боря, - одернул его худой.

– Нам за поломанного беглеца вообще ничего не дадут. А граф еще и накажет.

Угрюмый взял меня за локоть, помог подняться. На затылке разливалась острая боль, по шее за воротник что-то медленно и гадко потекло. Руки уже были плотно связаны за спиной.

Да, план бэ тоже провалился. Но ничего, разберусь я еще с вами, умники. Особенно с тобой, Боря.

- Нечего так зыркать! – словно услышал меня рыжий, продолжая ухмыляться.