Расколотый Мир. Книга 1

Я выразительно пожал плечами, глянув на поток автомобилей, который проезжал мимо. До откровенных трущоб было ещё далеко и как-то я сомневался, что эти двое завяжут бой прямо посреди улицы. С другой стороны, никто не помешает им установить за мной слежку. И организовать атаку в любой подходящий момент. Потому что это однозначно были подельники той троицы, с которой я столкнулся вчера. Либо отыскали меня через систему регистрации постояльцев отелей, либо обнаружили благодаря камерам наблюдения, которые тут порой встречались.

Могу поспорить, доступ к ним имелся у самых разных ведомств и стоило занести конверт с деньгами сотруднику одного из них, как перед тобой открывались интересные перспективы.

Но сейчас это было уже не столь важно. Вариант с их выходом на меня я тоже просчитывал. Основной вывод был прост - если у ростовщика окажется достаточно ресурсов и влияния, чтобы обнаружить одинокого человека на территории мегаполиса, то идеальным решением станет встречная атака. То, чего от меня никак не ждут.

Если получится справиться, это не только снимет вопрос угрозы, но и обеспечит определёнными ресурсами.

Сейчас же мне стоило отправиться с этой парочкой. Заговорить им зубы, дождаться подходящего момента и бросить в бой лиса. После чего выяснить, с кем я имею дело. К тому же у них была машина, а в карманах наверняка имелась приличная сумма денег. Да и оружием тоже получится обзавестись. Как и телефоном.

- Возможно есть, а может быть нет. Всё зависит от предложения, которое я услышу.

Мои слова заставили крепыша озадаченно замолчать. Не отрывая от меня взгляда он наморщил лоб и прошёлся ладонью по коротко остриженным волосам. Потом шагнул вперёд.

- Ты совсем идиот? То, что там нашего завалили, тебе может и простят, если это не ты был, а купеческие. Но хорезмцы за своего, всех на корм свиньям отправят. Понимаешь? Твоя последняя надежда, это Вертел. Если он заступится, хорезмцы утрутся. Так что садись в машину и поехали, побеседуешь с нашим патроном.

Уловка была настолько бесхитростной и открытой, что хотелось в голос расхохотаться.

А вот мой визави похоже считал себя мастером интриги - смотрел с довольным видом, как будто прижал меня к стенке, не оставив никакого выбора.

Факт использования слова “хорезмцы” я в памяти зафиксировал. Их бойцом, судя по всему был Надыр, который вчера должен был выполнять грязную работу. Только вот, окажись сейчас на моём месте настоящий Пётр, никто бы не стал сохранять ему жизнь.